7 проблем коллекционера современного искусства в России

В предыдущих статьях мы обсуждали общую аналитику арт-среды. Сегодня предлагаю посмотреть на неё глазами коллекционера — фигуры одновременно романтичной и, как говорится, down to earth.

Начнём, как в школе, с определения: кто такой коллекционер? Человека, который купил пять картин и повесил дома, в арт-мире принято считать скорее собирателем.

Коллекционер же — это частный случай собирателя, который перешёл на «профуровень»: работает с темой, направлением или концепцией, фиксирует и учитывает информацию, встраивается в институциональную среду.

Собиратель ориентируется только на вкус. Коллекционер — ещё и на объективные вещи: рынок, биографию художника, его стабильное желание и рвение быть художником, динамику цен и многие другие факторы.

И вот какие проблемы поджидают его на пути.

Первое ощущение на входе в эту среду — как будто вы пришли на вечеринку, где все давно знакомы, а вы не знаете даже дресс-код. Кто есть кто, куда идти, как говорить — непонятно.

Может даже показаться, что коллекционирование — это закрытый клуб, куда пускают только «своих», ну или тех, у кого уже есть внушительный капитал. Хотя на деле главный барьер, конечно — внутренний.

У коллекционеров всегда есть сомнения. Сомнения в себе, в выборе, в том, правильно ли они тратят деньги. Это нормально: коллекционер — это человек, который задаёт себе вопросы.

Вход в арт-мир действительно может ощущаться как прыжок в ледяную воду: страшно, непривычно, кажется, что все вокруг знают правила, а ты — нет. Но именно этот «первый холодный шаг» открывает пространство, где постепенно приходит понимание, вкус и уверенность. Пройти туда можно. Нужно только повзаимодействовать с избушкой.

Коллекционирование, помимо прочего — ещё и марафон для психики. Ты ходишь по выставкам, смотришь, чувствуешь, прислушиваешься к себе. Это и физическая, и психологическая, и эмоциональная деятельность одновременно, часто — в больших количествах. Поэтому иногда мне кажется, что жизнь проходит слишком интенсивно, и хочется всё бросить и уехать в санаторий.

На выставке частной коллекции Евгении Ходаковой «Зеркало амбивалентности», 2025, Artplay (фото: Острикова Анастасия)

Но такая роскошь сегодня мало у кого есть, у коллекционеров — в том числе. При этом пока ты смотришь на картину и думаешь «о чём это вообще?» и «о чём это для меня?», нужно ещё успеть загуглить художника, почитать интервью и узнать, что синее пятно — метафора метамодерна.

Кстати, часто гуглить автора, изучать контекст и слушать свой отклик приходится действительно очень быстро, потому что самый распространённый и в каком-то смысле удобный способ покупать современное искусство — это ярмарки. Это лучший способ увидеть сразу большой срез и идти в ногу с индустрией.

Но также это толпа, шум, страх упустить что-то стоящее «из-под носа» и всего пара дней, чтобы пропустить через себя десятки художников и сотни работ.

Всё усложняется тем, что информации о современных авторах мало: их не так-то просто погуглить. У них нет страничек в Википедии, они редко дают интервью. На сайте галереи, например, может быть только имя — все дополнительные вводные приходится искать окольными путями.

Даже цены есть не всегда, их часто нужно запрашивать у галеристов. А это ещё один повод задуматься и посомневаться, потому что то, насколько эта стоимость адекватная, определяется субъективно.

Например, я начинаю сопоставлять: вот есть молодой художник за те же деньги, что и именитый, но уже ушедший. С одной стороны, у второго уже есть имя, статус, своё место на рынке.

С другой — он уже ничего нового не напишет, а первый может «выстрелить», стать всемирно известным, культурно значимым… Сделать такой выбор нелегко, а был он верным или нет — узнаешь лет через дцать, и то неточно. Это всегда риск. Но кто не рискует, тот не пьёт шампанское!

Предположим, вы проникли в арт-среду, пришли на ярмарку, пропустили через себя концентрат интенсивных эмоций и глубоких мыслей, нашли всю возможную информацию и решили рискнуть и купить работу.

Не можете же вы просто заплатить и забрать её себе: она как минимум остаётся на выставке до её окончания. Поэтому процесс покупки искусства — это сфера договорённостей.

Конечно, со своими сложностями. «Утром деньги, вечером стулья» бывает редко — чаще это «утром договорились, вечером вспомнили, завтра деньги, послезавтра стулья, через месяц подтверждение их подлинности». Так уж повелось, и как будто в индустрии к этому все привыкли, но для себя мы выбрали курс на более понятный регламент и быстрое проведение сделок.

Любой коллекционер рассчитывает на то, что произведение будет со временем расти в цене, а это значит, что хранение играет важнейшую роль. А ещё одна особенность современного искусства — многообразие материалов.

Например, элементы таксидермии в арт-объекте или графика на кальке. Или работа сделана из оргстекла (что очень распространено), которое может пожелтеть в определённых условиях. Или инсталляция сделана из материала, который трудно перевозить…

Кроме того, я всегда думаю и о том, как работа будет жить в доме, поскольку верю, что с искусством нужно жить — это девиз и моего собственного проекта GALLERIQUE. Тогда становится важно и то, где его разместить, как с ним быть при уборке и так далее.

Например, у окна размещать не рекомендуют, так как «ультрофиолет убивает всё». Особенно это касается графики, которая выцветает под солнечными лучами. При этом если живёшь с искусством, конечно, хочется, чтобы оно было более-менее равномерно распределено по жилому пространству, а не сосредоточено в какой-то «оптимальной» зоне.

Любой коллекционер рано или поздно упирается в стену. В буквальном смысле: стены закончились.

У меня, например, гигантомания, мне нравится покупать большие полотна. Впрочем, большими часто бывают одни из самых значимых работ авторов, поэтому я такая не одна. Такое полотно не повесишь в своём доме — нужно специализированное хранилище.

А в России такие склады — редкость. Ведь в них должны быть, например, соответствующие системы пожаротушения, которые должны не позволить работам пострадать. Многие используют стандартные помещения для хранения, но это чревато: совсем недавно, 10 сентября, подстрадал от пожара сервис хранения «Чердак» в Подмосковье. Ущерб оценивается более чем в 1 млрд рублей, предметы искусства, оказавшиеся там, не были застрахованы. Кроме того, могут отсутствовать описи, оценки, учётная документация — после таких случаев может быть очень трудно доказать, что ты хранил там произведения искусства, а не просто какие-то «непонятные» полотна.

Это я всё к тому, что с хранением работ связано множество операционных рисков. Но о них расскажу, пожалуй, уже в другой раз.

Не теряем оптимизма

Напоследок хочется сделать акцент на том, что эта статья посвящена проблемам, поэтому может показаться, что всё плохо. Но не пугайтесь: не всё, не всегда и не везде так. За последние два года арт-среда в России заметно подросла — появилось больше прозрачности, правил и структур. И пусть путь коллекционера всё ещё напоминает квест, но есть же люди, которые любят квесты. Я среди них.

Так что давайте проголосуем насчёт темы следующей статьи в комментариях. О чём вам было бы интересно почитать?

1. 10 плюсов коллекционирования (чтобы поправить впечатление)
2. Операционные риски в арт-среде (чтобы избежать ситуаций, как с «Чердаком»)
3. Как организовать выставку за 2 недели (был такой опыт, а о таком хочется рассказывать)