Экономика Китая: как из аграр­ной страны превратиться в технологического лидера

Экономика Китая — вторая после США экономика мира по размеру номинального ВВП, а с 2014 года — первая по ВВП по паритету покупательной способности.

Согласно прогнозам лондонской консалтинговой компании CEBR, в 2030 Китай обгонит США по размеру номинального ВВП и станет крупнейшей экономикой мира.

В 1990 году ВВП Китая составлял 360,86 млрд долларов, а по итогам 2023 превысил 17,8 трлн — за 33 года экономика страны выросла в 49 раз. За аналогичный период ВВП США вырос в 4,5 раза — с 5,96 до 27,4 трлн долларов.

В этой статье мы разберем историю становления китайской экономики, ее современную структуру и стратегию развития.

При создании материала использовались источники, недоступные пользователям из РФ.

В 1949 году после победы коммунистической партии Китая в гражданской войне была создана Китайская Народная Республика — КНР, а ее первым правителем стал Мао Цзэдун. К тому моменту Китай представлял собой аграрную страну с долей сельского хозяйства в 90% ВВП.

Чтобы модернизировать экономику, в 1958 году Мао Цзэдун представил стратегию «Большого скачка», которая должна была усилить экономический рост и ускорить индустриализацию. Стратегия была основана на идеях коллективизации и энтузиазма, подменяющего профессионализм.

Например, идея коммунизации предполагала, что крестьяне должны объединяться в коммуны и самостоятельно развивать промышленность в них, плавить металл, изготавливать оборудование и инвентарь для работы в поле. В результате времени и сил на сельское хозяйство становилось все меньше, и поля приходили в упадок.

Попытка развития металлургии. Пунктом «Большого скачка» было развитие металлургии, но знаний о свойствах металла и принципах производства стали в компартии не было, поэтому коммунам предлагалось плавить руду в глиняных печах, а топить их дровами. На выходе получался чугун низкого качества, который оказывался непригодным для широкого применения без дополнительной обработки.

Нехватка профессионализма в принятии управленческих решений привела к провалу: с 1959 по 1961 страна пережила сильнейший голод, в результате которого погибли 20—40 миллионов человек.

Провал в сельском хозяйстве. В дополнение к упомянутым ошибкам, в рамках реформы сельского хозяйства была объявлена борьба с воробьями, которая привела к нарушению экологического баланса и кратному росту популяции насекомых. Показатели урожайности завышались партийными функционерами, и когда стало ясно, что урожая на самом деле мало, зерно стали отбирать у крестьян, что и привело к голоду и смертям.

Конфликты с СССР. После провала «Большого скачка» в руководстве партии начались конфликты. Отношения с Советским Союзом испортились, и Мао начал так называемую «культурную революцию» по очищению рядов компартии от своих противников и приверженцев идей развития капитализма в Китае.

Часть партийных лидеров выступала за восстановление связей с Советским Союзом и проведение либеральных реформ, но Мао был ярым приверженцем идей революции и настаивал на развитии жесткого коммунизма.

Смерть Мао и приход Дэн Сяопина. После смерти Мао Цзэдуна в 1976 году к власти пришел Дэн Сяопин, с которым и связано «китайское экономическое чудо». Вот что сделал Дэн Сяопин для роста экономики Китая:

1. Разрешил крестьянам работать на себя, а не только на коммуны. Это создало зачатки предпринимательства и усилило эффект разделения труда.
2. Улучшил отношения Китая с Западом. Он подписал соглашения с Британией и Португалией, согласно которым под контроль Китая переходили Гонконг и Макао, до этого имевшие статус европейских колоний.
3. Политика, проводимая Дэном, открыла Китай для иностранных инвестиций. Страна получила деньги на развитие экономики, а мир — дешевую рабочую силу.

В 1976 году Китай экспортировал товаров на 6,9 млрд долларов, а спустя 20 лет экспорт вырос в 26 раз — до 154,8 млрд. По итогам 2021 Китай был уже крупнейшим экспортером в мире с объемом экспорта 3,5 трлн долларов. Это в 507 раз больше, чем было в 1976.

При этом сильно изменилась структура экономики. Информация о структуре китайского экспорта доступна только с 1992 года, но и она очень показательна. Если в 1992 крупнейшую долю в экспорте занимали одежда и текстиль, то по итогам 2022 почти половина приходилась на машиностроение и электронику.

Экономические реформы подняли уровень жизни в Китае, и в 2021 году Си Цзиньпин объявил победу над крайней бедностью. В Китае она определяется как годовой доход менее 620 $⁣ (60 927 ₽)  . Если в 1978 в эту категорию попадали 82% китайцев, то по итогам 2020 эта доля опустилась до нуля.

За 50 лет Китай проделал большой путь от аграрной страны, страдающей от голода, до второй экономики мира, крупнейшего мирового экспортера и лидера в новых технологических отраслях.

В рейтинге стран по уровню образования Китай поднялся до 13-го места в 2024 году, тогда как Россия только на 22-м. Если в 1982 году доля грамотного населения в возрасте 15 лет и старше в Китае была на уровне 66%, то в 2018 — уже 97%.

Также Китай увеличивает расходы на науку. В 1996 году на исследования и разработки правительство тратило 0,56% ВВП, а к 2020 — уже 2,4%. С 2015 по 2023 год расходы на науку в Китае росли в среднем на 14% в год. В результате по числу патентов во множестве технологических индустрий Китай уже обогнал или догоняет США.

Китай делает ставку на развитие наукоемких отраслей и новой энергетики. Он занял лидирующие позиции в добыче и обработке металлов, используемых в зеленой энергетике. Страна контролирует от 40 до 80% в обработке лития, кобальта и никеля, используемых в производстве батарей.

В добыче редкоземельных металлов Китай занимает уверенные 60% мирового производства. В добыче кобальта лидирует Демократическая республика Конго, но есть нюанс: крупнейшие месторождения кобальта в Конго контролируют китайские компании.

Китай также захватывает лидерство в производстве полупроводников. Если в 1990 году там вообще не существовало полупроводниковой промышленности, то в 2021 страна занимала уже 15% глобального рынка производства чипов. Согласно прогнозам, к 2030 доля вырастет до 24%. Это сделает КНР крупнейшим мировым производителем полупроводников.

Государственная программа «Сделано в Китае — 2025», представленная 10 лет назад, предполагает достижение Китаем лидирующих позиций в самых важных технологических отраслях: от производства батарей и электромобилей до проектирования скоростных железных дорог и строительства самолетов.

По итогам 2023 года Китай лидировал в пяти из 13 важнейших технологических направлений, а еще в семи китайские технологии уже успешно конкурируют с мировыми аналогами.

Страны Запада, уступающие Китаю свою долю на мировом рынке технологий, пытаются сдерживать конкурента. В октябре 2022 года США ввели экспортный контроль, запрещающий поставку в КНР самых современных чипов и оборудования для их производства.

Но это не мешает Китаю закупать оборудование через третьи страны и развивать собственное производство. К 2024 году Китай накопил рекордное число чипов последнего поколения от Nvidia для искусственного интеллекта и литографических машин нидерландской фирмы ASML для производства чипов.

В условиях ограниченного доступа к западным технологиям Китай развивает собственные решения. Например, в 2023 году Huawei представила смартфон с семинанометровым чипом собственного производства — Huawei Mate 60.

А в 2024 году китайская компания Shanghai Micro Electronics Equipment Group опубликовала патент на машину EUV-литографии. Если она выйдет на рынок, Китаю удастся преодолеть отставание и в этой индустрии, где сегодня лидирует техника европейского производства.

Поглощение Африки. Китай наращивает торговлю не только с развитыми, но и с развивающимися странами. Он делает большую ставку на Африку. Если в 2000 году Китай был ведущим поставщиком только для трех стран Африки, то в 2019 он занял доминирующее положение на всем континенте.

Стоимость экспорта китайских товаров в Африку выросла с 5 млрд долларов в 2000-е до 110 млрд в 2019. И это не одностороннее движение: экспорт из Африки в Китай вырос с 4,9 млрд в 2000-е до 80 млрд в 2019.

Китай обеспечивает 25% инфраструктурных инвестиций в Африке и является главным кредитором для африканских правительств и частных компаний. В 2019 году прямые иностранные инвестиции Китая в ЮАР превысили 6 млрд долларов, в Демократическую республику Конго — 5,5 млрд, в Анголу и Замбию — 2,8 млрд.

Ставка Китая на Африку понятна: население континента растет быстрыми темпами и, согласно прогнозам, увеличится до 2,48 млрд с текущих 1,34 млрд человек к 2050 году. При этом уровень бедности в Африке будет падать и сократится с текущих 35 до 6,5% к 2055. В итоге Китай получит лояльного торгового партнера, рост рынка и потребности которого будут сильно превышать мировые темпы роста.

Развитие сухопутных коридоров. В 2013 году Китай представил новую стратегическую программу по возрождению Великого шелкового пути — «Один пояс — один путь». Эта программа направлена на развитие инфраструктуры и ускорение экономической интеграции стран, расположенных вдоль маршрута исторического Шелкового пути из Азии в Европу.

В инициативе задействована 71 страна, а с 2013 по 2021 проектные инвестиции Китая в реализацию программы составили 890 млрд долларов. Из этой суммы 40,2% инвестировали в энергетические проекты, например строительство электростанций и нефтепроводов, 22,8% — в развитие транспортной инфраструктуры.

Проект «Один пояс — один путь» предусматривает развитие шести сухопутных коридоров:

1. Евразийский экономический коридор — через Казахстан и юг России в Европу.
2. Экономический коридор Китай — Монголия — Россия.
3. Азиатский экономический коридор — через Киргизию, Узбекистан, Туркменистан и Иран в Турцию.
4. Экономический коридор «Индокитай» — через страны Южной Азии в Индонезию.
5. Экономический коридор Китай — Пакистан.
6. Экономический коридор через Мьянму и Бангладеш в Индию.

Также проектом предусмотрено развитие морских путей:

1. Северный морской путь вдоль северного побережья России в Европу.
2. Через Индийский океан и Суэцкий канал в Европу.
3. Через Тихий океан в Новую Зеландию.

В России в рамках проекта запланировано строительство высокоскоростной магистрали «Москва — Казань», которая в перспективе может быть продлена до Иркутска, а в будущем стать частью магистрали «Москва — Пекин».

По прогнозу Всемирного банка, в странах, расположенных вдоль маршрута «Один пояс — один путь», реализация этого проекта позволит создать к 2030 году 420 тысяч рабочих мест.

Эта инициатива у некоторых стран вызывает вопросы о ее конечных целях, которые могут выходить далеко за рамки экономических. В обмен на инфраструктурные инвестиции Китай получает рычаги давления на правительства стран и даже территориальные уступки.

Например, в 2017 году Китай получил контроль над 69 земли в шри⁠-⁠ланкийском городе Хамбантота, после того как правительство Шри-Ланки не смогло погасить кредит, выданный Китаем на строительство морского порта в городе.

Строительство военных баз. Опасения также вызывают переговоры Китая со странами-участницами инициативы о строительстве на их территории военных баз. Пока у Китая только одна военная база за пределами страны — в Джибути. В завершающей фазе находятся переговоры о строительстве баз в Намибии, Вануату, Камбодже и на Соломоновых островах.

Вокруг Камбоджи разгорелись жаркие споры летом 2022 года: Госдепартамент США настойчиво утверждал, что строительство базы там уже идет, а Китай все отрицал. По словам журналистов и военных экспертов, Китай также рассматривает строительство военных баз в более чем девяти странах Азии и Африки, которые задействованы в проекте «Один пояс — один путь».

Китай претендует на мировое лидерство, и это не нравится США. В своей книге «Принципы изменения мирового порядка» основатель крупнейшего хедж-фонда в мире Bridgewater Associates Рэй Далио описал принципы смены мирового гегемона на примере подъема и упадка ряда империй — Голландской, Испанской, Британской и США.

В качестве основных факторов, определяющих ведущую мировую державу, Далио выделяет уровень образования, военную мощь, долю в мировой торговле, статус резервной валюты, наличие в стране мировых финансовых центров, конкурентоспособность и технологическое развитие.

По размерам ВВП, доле в мировой торговле и уровню технологического развития Китай уже обогнал или имеет сопоставимые показатели с США. По уровню военной мощи, образования и доли валюты в мировых резервах Китай быстро поднимается.

Уровень конфронтации с США растет, что добавляет мировой напряженности и ограничивает быстрый рост китайской экономики. В истории смена мировых лидеров происходила либо в результате войн, либо по итогам революции в одной из конкурирующих империй и ее последующего упадка. Но Китай на примере собственного экономического развития и прорыва в технологических индустриях доказывает, что есть и другой, эволюционный путь, в котором конфронтация уступает место кооперации.