День из жизни специалиста по 3D-печати из Белгорода с зарплатой 40 000 ₽

Приветствую читающих!

С тех пор, как я писал последний дневник трат прошло уже около 10 месяцев. До того писал вёснами, а это, получается, будет зимний очерк.

2-го июля 2025 года я вернулся в Белгород из Москвы, прожив там в общей сложности около 13 месяцев.

На тот момент обстановка в городе стала поспокойней: сирены почти не выли и небеса не сотрясал грохот взрывов. Весь июнь и часть июля я провёл по большей части в приятной бездеятельности в отчем доме, гуляя на всю тридцатипятитысячную катушку своих московских накоплений (хватило на месяц). Параллельно подыскивал работу, потому что жить с роднёй невыносимо — нужно было снимать жильё.

В июле со мной связался друг — Р, узнавший о моём возвращении, и предложил подселиться к нему, на что я, разумеется, тут же согласился.
Р — научный сотрудник и преподаватель в университете. Его друзья-соседи по квартире перебрались в Москву, и я заселился в освободившуюся комнату.

Мы договорились так: я не плачу за квартиру, но закупка продуктов и готовка на нас двоих — на мне. Так и живём по сей день.

В августе устроился на работу — снова в слесарно-ремонтную бригаду, но на сей раз при крупной кондитерской фабрике. Взяли слесарем, на секундочку, 5-го (!) разряда (видимо, очень нужен был). Опыт? — да чёрт с ним! Лишь спросили, не отпилю ли я себе пальцы болгаркой.

Хватило меня на три месяца. Но как новый опыт — полезно. Даже довелось поработать со сварочным аппаратом.

Значительную часть времени мы проводили на объектах предприятия за городом, в основном — строя домик на воде живописного лесного пруда, чтобы большие заводские начальники могли с комфортом ловить рыбку в любую погоду.

Так же я обслуживал стеллажное оборудование на огромном складе кондитерской продукции. За всё платили 50 000 рублей.

Быстро понял, что это не «моё» место. Всё это: пропускной режим, планёрки, перекуры, хождение хвостом за бригадой\бригадиром (потому что я так и не смог нормально настроиться на их коллективно-интуитивную миндальную связь, регулировавшую процесс деятельности и бездеятельности в течение рабочего дня), имитировать рабочую деятельность или прятаться при очередном рейде главного инженера.

Бригада — мужики все, конечно, отличные, Работяги с большой буквы «Р»; восхищался и завидовал их рукастости, опытности и рождённой из неё житейской мудрости, но всё-таки — не мой контингент. В коллектив у меня влиться особо не получилось (да и, откровенно говоря, не сильно хотелось), чувствовал себя одиноко, отчуждённо, родной души ни в ком не выявил.

Повторюсь: одним словом (и частицей) — не «моё».

31 октября 2025 года я уволился, и ноябрь снова провёл отдыхая и в поисках нового места работы. Успел на 10 дней скататься в гости к другу в Котельники. И в начале декабря устроился работать на то место, где нахожусь до сих пор.

Зарплата: 10 000 рублей\ неделя

Продукты: ± 20 000 рублей\месяц

Антидепрессанты: 4 500 рублей\месяц.

Участие в квизах: ± 2000 рублей\месяц

Оплата тарифа мобильной связи: 165 рублей\месяц.

Проезд на автобусе: ± 1000 рублей\месяц.

Оплата премиум-аккаунат на ВК-знакомствах: что-то около 900 рублей\месяц

Описано 3 февраля 2026 года

Если бы меня спросили, о чём мечтаю сильнее всего последние десять лет, то я бы ответил — спать. Спать глубоко и крепко, как в детстве и юности, когда меня приходилось будить тормошением, а сон был негой, сладким отдохновением, кровать — уютным гнездом, берлогой, где мягкий ещё ото сна медвежонок потягивался с наслаждением и, мурлыкая и урча, снова зарывался в необъятную подушку и бескрайнее одеяло…. Это было так давно. А теперь…

5:01. Просыпаюсь по первому вибросигналу наручных часов, лежащих на углу кровати. А может быть я проснулся уже до него или задолго до — сейчас это сложно понять. Сон мой зачастую неглубок.

Сажусь, нащупываю спортивную бутылку с водой, прошу Алису Колонкину включить свет. Пью — чуть холоднее, чем хотелось бы. Розетка щёлкает, но настольная лампа не загорается. Ещё раз прошу — результат тот же. Видимо, вчера перед сном перещелкнул тумблер вручную.

Через 16 дней мне исполнится 32 года.

Встаю и иду делать все послепробудные мероприятия. Прохожу мимо комнаты Р. Он спит на полу, укрывшись спальником. Р не приемлет мягкое ложе, только матрас и пол — только хардкор.

Я ещё не готов к яркому свету ванной, поэтому обхожусь только подсветкой с часов.

Возвращаюсь к себе в комнату и притворяю дверь, прошу колонку включить какую-нибудь медитативную мелодию и начинаю разминаться, раскатываться на массажном ролике и мячике. Так проходит час.

За окном минус 27 градусов — прохладненько. Но в целом я неимоверно рад тому, что в наш регион наконец-то вернулась нормальная зима — снежная, морозная, белая.

Собираюсь на пробежку. Утепляюсь, обуваюсь. Выхожу из квартиры, на часах красивые 06:06.

На улице жжёт морозом. Не успел пробежать и 100 метров, как меня перехватывают две женщины, обметающие веником газетный киоск: «Глянь на него! Ты чего такой раздетый?!»

Объясняю им почему и бегу дальше — в рощу при университете. Пробежал мимо аптеки и вспомнилось «Ночь, улица, фонарь, аптека…», свет только вполне осмысленный и очень даже яркий.

Основное неудобство бега в холод — постоянно смерзаются ресницы.

Аллея освещена фонарями, но абсолютно пуста. В небе сквозь ветви деревьев ярко светит луна. Снег под ногами утоптан очень плотно, но всё равно слегка поскрипывает приятно. Бегаю. Если бафф спадает с лица он тут же смерзается и индевеет.

06:33. Возвращаюсь домой. Раздеваясь в комнате, обращаю внимание на то, что штора легонько раскачивается. У нас деревянные окна, и в нижнюю щель поддувает. Заклеивать их у себя в комнате я не стал, так как регулярно открываю на проветривание. Вот этот непрерывный поток воздуха и колышет штору. Размеренно так. А тут ещё и тихо играет медитативная музыка. И я залип на это действо ненадолго. И, наверное, буду ещё залипать — мне понравилось.

Ложусь на квадраты татами, которые расстелены у меня на полу, закидываю согнутые ноги на диван — и дышу, разглядываю плафоны лампы на потолке. Медитативненько.

06:54. Сажусь почитать книгу. Сегодня в меню: «Физика для любознательных. Том I»

Спустя полчаса наваливается сонливость и, поставив будильник на 8 утра, падаю в кровать поваляться в полудрёме.

Щёлк. Уже 08:00.

Иду в душ. Какое же блаженное удовольствие — посидеть под горячими струями воды, никуда не торопясь. Залипаю на непрерывный бег капель по своему плечу: зародились — промчались — слились в общий поток.

Но, как поётся в одной песне «…all good things come to an End…». Поэтому, стиснув зубы в кулак, я таки вылезаю из теплых объятий ванной в контрастно прохладную реальность.

Оказывается, я нежился целых 20 минут.

08:23. Сажусь завтракать. Сегодня нас кормят (кто?) вчерашней кашей «геркулес» (написано — «Монастырский», звучит — аскетично и полезно) на воде (это очень невкусно) с добавлением яблок, изюма и грЭцких орехов. Разогрето в микроволновке на 1 минуту 38 секунд.

Кушать подано!

Р встал, пожелал мне доброго утра и сказал, что снова ложится спать. Пожелал ему доброго утра и доброго продолжения утренней ночи.

08:45. Снова падаю в кровать и надеваю наушники — хочу немного послушать музыку.

Туц-туц-туц!

Хотя на самом деле музыка скорее грустная.

09:10. Встаю и собираюсь на работу.

09:16. Выхожу из дома. «Мороз и солнце; день чудесный!..». А вот пахнет почему-то не очень. В воздухе витает такой «аромат», словно я в курятнике. Видимо, с какого-то завода пахнуло.

До работы идти три с лишним километра — это 30-40 минут моим шагом.
В путь!

По снегу протянулись красивые тени от деревьев. Морозную тишину пустых дворов то и дело нарушает перекрик грачей. Они сидят, нахохлившиеся, одинокими чёрными комками на голых ветках берёз, перелетают с места на место, пикируют с высоты вниз. Некоторые прыгают по глубокому снегу с зажатыми в пинцетах клювов замёрзшими кубиками хлеба.

Машины во дворах заросли белёсой инеевой глазурью, и кристаллики льда в ней переливаются и блестят под солнцем, как тысячи крошечных драгоценных камешков.

Стою на пешеходном переходе, а передо мной тянется в двухсотдвадцатиметровую высь своими красно-белыми фермами наша белгородская Эйфелева башня — телевышка.

Меня всегда слегка завораживает наблюдать её вблизи при ракурсе снизу вверх. Сегодня на фоне безоблачного голубого неба она кажется ещё более высокой и оттого более могучей.

Рядом с остановкой кучкуются на тёплых островках канализационных люков голуби. На ветвях рябины деревьев птичужки собрались стайками: перескакивают, перепархивают, клюют ягодки. Сперва я решил, что это утеплённые версии воробьев, но подойдя поближе понял, что не они. Одни с хохолками, другие похожи на мини-куропаток. Так не узнаю. Но если я правильно сопоставил увиденное с фото из интернета, то это свиристели и дрозды-рябиновки.

Далее мой путь лежит через парк. Здесь тише и если остановиться и замереть, то становится слышнО птичье разноголосье. На чистом белом снегу контрастно выделяются палые листочки, кора и ягоды рябины. Под ногами скрипит снег.

Иду и любуюсь игрой света на золочёных куполах церкви, возвышающейся над парком.

09:50. Подхожу к работе. Но сперва хочу зайти в магазин — купить чего-нибудь к чаю.

Спускаюсь по лестнице, засыпанной снегом до состояния горки, и идущая мне навстречу женщина предупреждает, что по центру лучше не идти — скользко. Благодарю её. Мне всегда приятны эти мимолётные межчеловеческие взаимодействия. В такие моменты верится, что человек человеку всё-таки в первую очередь друг, а не волк.

Купил упаковку печенья и сочник. -142 рубля.

9:55. Захожу в офис.

Немного о том, где и кем я работаю.

Ситуация очень похожа на ту, что была у меня в Москве. Снова работаю на частника, снова неофициально, и снова практически за минималку (но справедливости ради — это справедливый ценник за те немногочисленные обязанности, которые я здесь выполняю). Зато с комфортом)

Итак. Я занимаюсь повседневным обслуживанием небольшой фермы принтеров для 3d-печати (6 малых и 2 больших) и ещё упаковываю в коробочки напечатанный товар.

Я тут один. Изредка заглядывает мой работодатель (он в этом же офисе ещё и мастерскую сделал для изготовления всякого из кожи — ну это так у него, для души — не бизнес). Иногда приходят забрать партии запакованного товара.

В чём заключается обслуживание?

- Снимаю напечатанные изделия

- По необходимости перезаряжаю катушки с пластиковой проволокой для печати

- Замена и мелкий ремонт печатающих головок

- Смазываю направляющие осей движения частей принтера

- Слежу, чтобы печатало пластиком, а не воздухом (такое не редкость), распутываю запутавшуюся проволоку на катушке (если принтер не протягивает, то он автоматически стопрорится)

- Регулирую скорость печати через принтерное ПО

Ну и упаковываю в картонные коробочки и проклеиваю наклейками для сортировочного центра Озона.

В общем-то и всё.

Принтеры печатают очень медленно, поэтому свободного времени между съёмом изделий и их запаковкой (да и на это уходят буквально минуты) — вагон и восемнадцать маленьких тележек.

Свободное время я занимаю изучением пары программ:

Figma — это для web-дизайна. Я всё ещё не теряю надежды на то, что этим можно зарабатывать. Да и начальник сказал, что если я научусь делать карточки товаров для маркетплейсов, то он будет мне за это отдельно доплачивать. Вот и учу (он мне даже ноутбук предоставил для этого дела). Даже осмелюсь сказать, что достиг того уровня, когда можно уже заработать этими знаниями.

Вторая — Blender. Это для 3d-моделирования. Хочу научиться делать модельки персонажей, чтобы тут же их печатать и раскрашивать.

Еще пробую рисовать на графическом планшете, чтобы уже полный цикл был: от создания концепта до воплощения в материале и покраски.

Обучаюсь я по курсам на Stepik и по видеоурокам с просторов сети необъятной.

Кстати, насчёт моделек. Начальник узнал, что я с друзьями играю в НРИ (настольные ролёвки; у нас там своя D&D на основе лора игры «Готика») и скачал где-то стоковые модельки различных существ и персонажей, распечатал их тут же у нас и мне подарил. А я решил: почему бы мне не раскрасить их? Они белые, некрасивые, а я люблю рисовать и раскрашивать.

В итоге несколько рабочих дней я неустанно занимался этой кропотливой (особенно сложной с моими треморными руками, но приятной работёнкой. Даже пришлось делать протезы сломанных клинков, вытачивая их из спички и сажая на клей, стрелы и тетивы лука (продел нитку) За этим делом рабочее время выщёлкивалось только так! Сел красить — оп!: уже вечер — домой.

Так вот. 09:55.

Первым делом я снимаю то, что ставил вечером прошлого дня на печать (они печатают сами ещё несколько часов после моего ухода, некоторые до ночи). Изделия слегка прикипают к плоскости, на которой печатаются, поэтому я их аккуратненько отламываю или поддеваю стамеской.

Потом ставлю чайник и включаю компьютер. Устанавливаю купленную недавно лампу, привинчивая её к кронштейнам, на которых висят ноутбук и второй экран. Теперь моё уютное рабочее местечко почти полностью оборудовано, осталось прикупить удобный офисный стул.

Пью чай с печеньками и думаю, что буду писать в дневник на Т-Ж.

Потом сажусь упаковывать то, что допечаталось с вечера — делов на 20 минут, если не спешить. Слушаю музыку в наушниках.

10:30. Сажусь за компьютер и выполняю уроки в Blender.

11:10. Встаю размяться.

Я установил на компьютер программу, которая блокирует доступ к рабочему столу на 10 минут каждые 40 минут. В эти перерывчики я даю отдых глазам, двигаюсь, делаю зарядку, тянусь или упражняюсь с резиновыми петлевыми эспандерами, которые я притащил на работу; иногда выхожу прогуляться по району.

То и дело начинают выть сирены, и по городу, в каждый его уголок, разбегаясь по сети динамиков вещает многоголосо, наслаиваясь, некто незримый: «Ракетная опасность!..Оставайтесь дома, не подходите к окнам…спуститесь в подвальные помещения…».

Потом — далёкие или близкие раскаты — отзвук пуска ракет перехвата или от сбития цели.

Или «Опасность атаки БПЛА…Будьте бдительны!» и что-то там ещё — и тоже бахает иногда: сбитие беспилотника.

11:20 Сажусь описывать утренний фрагмент дневника для Т-Ж. На это у меня уходит около четырёх часов — прилично (апдейт из будущего: по сути, весь рабочий день, за вычетом времени на упаковку и обед, прошёл за написанием утреннего фрагмента дневника)

Сирены всё воют и воют.

У нас в городе не было ночного освещения несколько месяцев, потому что ракетными ударами были повреждены энергетические объекты, и вот несколькими днями ранее его восстановили в полном объёме. Я даже успел отвыкнуть от этого обыденного блага цивилизации. И я подумал, что ведь ничего не мешает разбомбить восстановленное по новой. Это было бы жестокой издёвкой.

16:00. Сажусь за обед. На первое у меня плов, на второе — тоже плов, на салат — четвертованные помидоры и огурец, на компот — чай (с печеньем!)

16:20. Сходил на пункт выдачи Озон неподалёку, получил 10 катушек с пластиковой проволокой. Распаковал катушки. Сажусь ещё немного поизучать Blender. В городе всё ещё неспокойно, воют сирены.

17:20 Перезарядил заканчивающиеся катушки на свежие, чтобы на ночной печати принтер не стопорнулся из-за нехватки проволоки.

17:40. Запускаю все принтеры на печать очередной партии, выключаю свет и ухожу домой. Ну как «домой» — на квиз. Решил успеть туда пешком к 19:00.

Снимаю в банкомате 500 рублей — стоимость стартового взноса участника на квизе.

Холодрыга! Но красиво: голубое небо темнеет на глазах, у горизонта, виднеющегося в просветах меж многоэтажками, плавно вмешивает в себя фиолетовые и желто-оранжевые градиенты.

В крейсерском темпе скриплю ботинками по утоптанным людным тротуарам. Замечаю одинокую первую звездочку высоко в синеющей голубизне. Из громадной трубы ТЭЦ тянется еле-еле, как это всегда бывает в мороз, плотное и густое (словно оно из серой ваты), огромное дымовое облако.

Иду тем же самым маршрутом, каким двигался на работу.

18:15 Решил заскочить домой — сбросить рюкзак. Заскакиваю. Р уже дома, на диване залипает в телефон. Мы поздоровались, и, бросив рюкзак, ухожу. Но уже на лестничной клетке вспоминаю, что стартовый взнос остался в рюкзаке — возвращаюсь, забираю; Р шутит: «Быстро ты сыграл!)»

18:20 Топаю дальше, сквозь частный сектор. Прохожу мимо родительского дома, но времени на поздороваться уже нет — спешу жутко.

18:55. Фьюх! Успелллл!

Хотя, как правило, игра начинается ещё только спустя 20-25 минут после официально заявленного времени, стараюсь не опаздывать без веской причины. Не люблю опаздывать и опоздунов (до особого зубовного скрежета таких, которым покупаешь билет в кино или ещё на какое-нибудь представление, а за две минуты до начала сеанса они говорят: «Ща-ща буду, 5 минут (на самом деле — 15)». Но чтобы не быть ханжой, каюсь — не без греха: и сам, бывает, куда-нибудь опаздываю (но в кино — никогда!).

На входе кряжистый суровый привратник покрестил меня металлодетектором. Гардероб — номерок — лестница наверх — и вот я в зале. Сегодня аншлаг. Не запомнил, сколько команд было, но что-то около пятнадцати.

Жду членов нашей команды и залипаю на настенные экраны: там рыбы-парусники гоняют кильку по голубой бездне океана под какую-то расслабляющую мелодию.

В итоге нас набралось меньше, чем заявлялось: шестеро вместо девяти. Сыграли два раунда, а в начале третьего снова завыла сирена и забабахало глухо где-то там, за красными тяжёлыми шторами на окнах, далеко за стенами этого яркого, полного музыки, веселья и эрудированных людей зала — и погас свет. Добро пожаловать в очередной блэкаут!

Тишина и кромешная тьма буквально на секунду. Потом один за другим, стали распускаться, разрывая ничто, белые цветы-пятна смартфонов. Затем засветили прожекторы телефонных фонариков. Люди заговорили. За стенами, вдалеке, продолжались глухие бабахи.

Застучали, затёрли пальцы по экранам: что случилось? где? где свет есть? где нет? И в области пропал? Где именно? Друзья, родные, коллеги… На этой улице есть, а на этой нет; в этом районе темно, а в том всё нормально… Вода есть? Нет, пропала, и батареи стынут….

Играем дальше? Вернут стартовый взнос или нет?

Ко всем столикам примчались официантки: «Оплатите, пожалуйста, сейчас». А то, вдруг, кто убежит, не заплатив за свой лимонад).

На гипсовом потолке в столбах света разбросало красивые тени от подвешенных на нитках бумажных звёзд и снежинок. Атмосферно! И даже как будто бы чуть уютнее стало. Мне думается, что переживание общего дискомфорта сближает коллектив. Как поётся в одной песне «…наверное вместе просто немного теплее…»

В итоге мы просидели ещё около получаса в ожидании чуда, но так как мероприятие проходило не в храме Гроба Господня — ничего не дождались. Но стартовый взнос разрешили не платить — и на том спасибо.

Я отказался быть автоподброшенным до дома, не желая упускать возможность прогуляться по морозному потухшему городу, под звёздами и в ярком светом луны.

Белый город снова стал чёрным (не сплошь, но крупными районами). Ещё похолодало, и стало подмораживать даже сквозь зимнюю куртку. И пока я пробирался сквозь тьму, словно вымершего, частного сектора на меня обрушился мерзкий приступ голода. Не мудрено, учитывая нахоженный за вечер километраж. Но, благо, я как раз направлялся к родителям, а у них газовая плита — значит можно будет съесть чего-нибудь горячего. Спасительный островок жизни!

Мобильный интернет также пал смертью храбрых, хотя ещё и дрыгался в посмертных конвульсиях.

На улице моего детства темно. У некоторых в гаражах слышится мерное урчание генераторов (предусмотрительно закупленных после предыдущего блэкаута).

21:20. Разуваюсь на холодном камне тёмного крыльца и вхожу в дом. Родители сидят на кухне и пьют чай при свече.

«Приветики! Хочу есть — помираю!»

Жду пока отпотеют линзы очков и после присасываюсь к банке сливового варенья. Пища богов! Хоть и с косточками.

Мама поставила суп на плиту. Общаемся. Отец корит меня за то, что я не интересуюсь ситуацией в стране и новостями.

Поел супа и яичницу, за что был безмерно благодарен матери. Теперь можно и дальше жить — хех )

Посидели ещё немного. Узнали, что цветастые декоративные свечи сгорают во много раз быстрее своих некрасивых хозяйственных аналогов того же размера.

Но пора двигаться дальше. Р сидит там, наверное, в темноте и одиночестве (хотя почему «наверное»? Я же пишу эту часть текста уже на следующий день и всё знаю — не сидит он, а лежит на диване, пытаясь наскрести остатки интернета).

22:05. Снова во тьму города. По улицам и дворам скрипят снежком редкие тёмные силуэты.

22:15. Захожу в незащищённый более магнитом входной двери подъезд. А тут — тьма тьмущая! Абсолютно чёрное тело, только не тело.

Включаю фонарик на смартфоне и топаю по гулким коридорам (дом — бывшее общежитие) и лестнице. Встретил пару таких же странников, прорубающихся фонариками сквозь тьму откуда-то сверху. Интересно, сколько людей сейчас сидит застрявшими в остановившихся лифтах?

Пока сидел у родителей, узнал из соцсетей, что во время начала блэкаута у нас в ДК шёл концерт Кипелова и люди пели с ним «Беспечного ангела». Видимо, во тьме большого зала и под светом фонариков — романтика!

Захожу домой. Р лежит (как уже было заспойлерено выше) на диване (на полу сейчас слишком холодно, так как отопление пропало) и пытается выдавить последнюю цифровую пасту из тюбика своего мобильного оператора, чтобы заказать на озоне хозяйственных свечей на случай следующих блэкаутов или если этот затянется (не затянется по итогу). Ничего не выходит. Мой интернет тоже мёртв. Так вот ты какая, «Теория мёртвого интернета»?!

Воды нет, света нет, отопления нет, у унитаза критическое обезвоживание. Двумя словами — коллапс цивилизации.

Хорошо, хоть есть, что есть в случае, если захочется есть. Греть, правда, не на чем.

22:20. Проявляю мастерство в наполнении кружки водой (из бутыли) наощупь. Грызу конфетку.

Общаемся с Р. Заснимаю видео на память об этом дне: как Р возится на кухне под светом фонарика, пытаясь располовинить яблоко. Едим яблоко.

Потом Р берёт свой баян и садится на диван, а я на пол у диванного изножья, опираясь о боковинку. Он в детстве изучал этот инструмент, поэтому играет довольно неплохо. Р — большой меломан и в целом любит всё, что связано с музыкой.

Мы нередко играем с ним в «угадай песню», но только я всегда за диджейским пультом, так как не знаю практически ничего, а он знает всё почти во всех жанрах, любых эпохах, и на разных языках.

В общем-то наш совместный досуг таков:

- Объясняем друг другу сложные слова на время в «Элиас».

- Играем в «Угадай мелодию» через Яндекс музыку.

- Играем в шахматы: классические или блиц.

- Соревнуемся в разведчикских навыках в дуэльном режиме Геогессера.

- Играем в «Словодел».

- Смотрим кино и анимэ (обычно заказывая под это дело пиццу или шавуху), какие-нибудь интересные видеоролики на YouTube.

- Просто общаемся по душам или не по душам.

Р нащупывает кнопки баяна. Его силуэт немного вычерчивается лунным светом на фоне темной комнаты (он заклеил окна в своей комнате бумажными жалюзи). Он играет наощупь, по памяти. Одно, другое, третье… Я спрашиваю, откуда мелодии. О рассказывает.

Потом прошу его сыграть моё любимое в его репертуаре: композиции Яна Тирсена из фильма «Амели». Прежде он выходит на балкон перекурить, а на меня всё сильнее накатывает дремота.

Возвращается. Исполняет, а я вожу головой по невидимым линиям переливов музыкальных волн. Но сон всё сильнее накатывает. Как поётся в песне «…мысли, как вялые листья…». Сплошная линия восприятия превращается в пунктирную. Надо идти спать. (Спойлер: несмотря на смаривавшую сонливость, поспать толком не получилось, так — проворочался всю ночь в тревожной полудрёме.)

В итоге мы еще минут двадцать проболтали о значимости комфорта в жизни человека и о том, действительно ли в Европе сильно экономят на всём, чём только можно.

Написание второй половины дневника я, разумеется, переношу на завтра (на сегодня — для меня, пишущего сейчас эти буквы)

23:15 Ложусь спать в надежде, что за ночь подачу электричества восстановят.

З.Ы: А завтра меня ждала поездка в психдиспансер на приём к психотерапевту к 8 утра, на другой конец города, и рабочий день, которого не случилось, потому что в наш офисный комплекс так и не подали тепло, и был такой дубак после минус двацатисемиградусной ночи, что, посидев там двадцать минут, откалибровав принтеры после вчерашнего блэкаута, я решил, что сегодня можно обойтись и без работы — и ушёл домой. Зато с комфортом, в объятиях кровати и одеяла, закончил дневник.

Всем дочитавшим спасибо! Желаю вам находить что-то прекрасное в каждом дне!