«Мы поставили пса на ноги»: 4 истории о помощи животным с травмами и забо­ле­ваниями

В России около 3,2 миллиона кошек и 735 тысяч собак живут на улице.

Еще 144 тысячи животных содержатся в приютах. Часто домашних питомцев бросают из-за проблемного поведения, пожилого возраста или болезней. Если животное болеет или травмировано, найти ему новый дом может быть сложно.

После ДТП я передвигаюсь на инвалидной коляске и работаю в инклюзивном предпринимательском проекте Everland, который помогает трудоустроиться людям с инвалидностью. С детства со мной живет собака — ей уже 17 лет. Из-за возраста она не видит и не слышит, а дома ходит только в подгузнике. Знакомые иногда предлагают мне усыпить ее, сдать в приют или оставить в лесу, но я не понимаю их.

Собрала четыре истории людей, которые также ухаживают за кошками и собаками с особыми потребностями. Они рассказали, почему решили приютить бездомных животных и какие трудности смогли преодолеть.

Я живу в Люберцах, на первом этаже обычного многоквартирного дома. До 2022 года работал фармацевтом в аптеке, затем устроился в инклюзивный предпринимательский проект Everland, который помогает трудоустроиться людям с инвалидностью. Сначала я был координатором программы бесплатного такси «Помощь рядом»  . В 2024 году стал проектным менеджером в компании — отвечаю за запуск и развитие новых направлений.

Я не собирался заводить собаку, но зимой 2022 года произошел случай, который все изменил. В шесть утра меня разбудил шум — кто-то скулил во дворе. Я рассердился и вышел на улицу. У дома сидел пес с огромными глазами. Я подумал, что он замерз и проголодался, поэтому вынес ему еды и несколько тряпок, чтобы укрыть. Тогда заметил, что у пса травмирован таз — похоже, его сбила машина.

Я уже опаздывал на работу, но не решился оставить собаку на улице. Сам я передвигаюсь на коляске и, сталкиваясь с препятствиями, всегда ищу помощи. Я не мог не помочь сбитому на дороге псу. Назвал его Бассом.

Попросил соседа с верхнего этажа занести собаку ко мне домой. Потом связался с руководительницей Everland и рассказал о происшествии. Думал, она отругает меня из-за пропуска работы, но начальница отнеслась с пониманием и поддержала.

Вместе со мной в квартире живет сосед, который тоже передвигается на коляске. Когда он увидел мою находку, сел у окна и ушел в себя. Через полчаса я его растормошил, и мы начали обзванивать приюты, чтобы пристроить Басса. Нам везде отказали: мест не хватало и взять найденыша, еще и травмированного, они не могли. Я не понимал, что делать дальше.

На следующий день со мной связались волонтеры, которые случайно узнали о Бассе. Они посоветовали создать группу в соцсетях для сбора денег на лечение собаки и помогли написать первый пост. Добровольцы также договорились с ветеринарной клиникой, что сначала мы заплатим часть суммы, а потом закроем весь счет.

До знакомства с волонтерами я думал, что ситуация безвыходная и придется мастерить опору с колесами на задние лапы. Я не ожидал, что на нашу просьбу откликнутся десятки людей. Всего за пару дней они прислали около 100 000 ₽, и мы с соседом отвезли Басса к врачу.

В клинике сделали рентген. Позвоночник пса оказался цел, но требовалось установить титановые пластины для фиксации тазовых костей.

Мы начали готовить Басса к хирургической процедуре: лечили инфекции, делали необходимые прививки. Компьютерная томография, УЗИ, рентген, лекарства и вакцинация обошлись нам в 30 110 ₽. Обо всех тратах я отчитывался в группе.

Спустя четыре дня ветеринар провел первую операцию — она стоила 50 000 ₽. Затем собака лежала неделю в клинике под наблюдением врачей. После этого ее оперировали второй раз за 30 000 ₽ и положили в стационар еще на 10 дней. Мы заплатили за пребывание в клинике около 74 000 ₽.

Дальше мы отвезли пса на двухмесячную передержку с медуходом: ему давали все лекарства и даже делали массаж, чтобы он мог ходить. Я и сосед часто навещали Басса и в один день повели его на кастрацию. Все вместе стоило около 116 000 ₽.

Когда мы забрали пса домой и прожили с ним несколько недель, заметили, что Басс покусывает левое бедро. Мы показали его ветеринару и узнали, что нужна третья операция — снять спицы и пластины. Процедура обошлась еще в 46 000 ₽.

В общем, за семь месяцев лечения мы потратили больше 300 000 ₽. Все деньги собирали в группе во «Вконтакте». Только благодаря этому мы поставили пса на ноги. Сейчас он ходит сам.

Я не хотел забирать Басса домой, когда его нашел, — мне было важно вылечить бедолагу и найти ему хозяина. Но пока мы жили вместе, я к нему привязался.

Басс добрый, спокойный и умный пес: никогда ничего не грыз, не лаял, не справлял нужду дома и быстро запоминал основные команды. Бывало, на прогулках поводок запутывался в колесах моей коляски и я пробовал пройтись без снаряжения. Пес спокойно шел рядом, не лаял, не выбегал на дорогу, а перед пешеходным переходом садился и ждал зеленого сигнала вместе со мной. Я все время удивлялся его спокойствию.

Однажды я подумал, что мне его послал Бог. Благодаря псу я изменился. Раньше я был гулякой и мог сутками не приезжать домой. Но жизнь вместе с Бассом научила меня брать ответственность: лишь один раз я не вернулся вовремя, а потом долго убирал последствия своего опрометчивого решения. В итоге решил оставить пса у себя. Ему тогда было около четырех лет.

Сосед по квартире не против питомца и смотрит за ним, если мне нужно лечь в больницу. В остальное время за Бассом ухаживаю только я. Это бывает непросто: приходится убирать шерсть по всему дому, вычесывать, купать, следить за питанием и здоровьем пса. Но я не жалею о решении стать хозяином собаки.

Басс живет со мной два года, и каждый раз я поражаюсь, какой он преданный и миролюбивый. С ним можно гулять без поводка и не опасаться, что он подерется с другими кобелями, кого-то испугает или укусит. Если кто-то хочет его погладить, Басс не мешает и не рычит. Еще он чувствует, когда я подхожу к подъезду, и, по словам соседа по квартире, начинает поскуливать и вилять хвостом. Как мне его не любить?

В 1997 году я попал в автокатастрофу и с тех пор передвигаюсь на инвалидной коляске. Раньше работал в московском реабилитационном центре инструктором по бытовой адаптации — обучал людей с инвалидностью навыкам, которые нужны для самостоятельной жизни. В 2020 году переехал в частный дом во Владимирской области и стал фрилансером. Сейчас я помогаю создавать рекламные посты и видеоролики в соцсетях для производителя инвалидных колясок, спортивного оборудования и средств реабилитации «Катаржина», участвую в выставках компании.

Я знаю, что каждый может заболеть, получить инвалидность или оказаться в другой сложной ситуации. При этом брошенным домашним животным еще труднее, чем людям. О маломобильном человеке может позаботиться семья или он сам, также есть разные меры государственной поддержки.

Поэтому я присоединился к команде волонтеров во Владимирской области, которые помогают четвероногим: открывают сборы денег на лечение, ищут подопечным новых хозяев, устанавливают в магазинах коробки для приема корма и лекарств. Всю информацию мы публикуем в группе во «Вконтакте». Иногда через «Предложить новость» подписчики сами дают объявления о найденных кошках и собаках и оставляют контакты — мы связываемся по ним и забираем животных.

Я живу в загородном доме и часто принимаю хвостатых на передержку. Близкие разделяют мои взгляды и помогают ухаживать за подопечными. Я отвожу питомцев в ветеринарную клинику за квалифицированной помощью, сам даю нужные лекарства, обрабатываю раны.

Сейчас у меня шесть собак и 13 кошек. Я никого не покупал, у всех тяжелая судьба: у одних увечья и травмы, у других умерли хозяева, а кто-то просто постарел, надоел или вышел из моды и стал не нужен.

Кошки в нашей семье были всегда. В квартире с нами жили две, а после переезда постепенно появились и другие. Так, мы забрали к себе Барона с переломанным тазом. Кота нашли прохожие, принесли волонтерам, а они отвезли ко мне на передержку.

Волонтеры сами собирали деньги на лечение, возили кота в несколько московских клиник, где ему давали необходимые лекарства. Затем его кастрировали.

Кота удалось поставить на ноги, но не вылечить полностью: из-за травмы он не мог контролировать мочеиспускание и дефекацию, поэтому все время ходил в памперсах и нуждался в ежедневном уходе. Мы бы не нашли ему новых хозяев, и я оставил Барона себе. Он был с нами до конца своей жизни.

В 2023 году мы взяли первую собаку Лису. Ее щенком подобрала женщина, подкармливала, затем выложила объявление на «Авито» о поиске хозяина, и я откликнулся. Еще пять собак я сначала забрал на передержку, но оставил у себя, потому что им не нашли новый дом.

Так в нашей семье появилась 12-летняя Булочка — йоркширский терьер. Ее бывшая хозяйка, заводчица, решила избавиться от собаки, потому что та постарела и больше не могла рожать щенков. Женщина хотела отдать ее детям во дворе, но их родители были против. Часто Булочка сидела на улице у подъезда. Об этом узнали волонтеры и связались с хозяйкой. Та поставила условие: если ребята не заберут собаку, она ее усыпит или просто отведет в лес. Добровольцы спасли питомицу и попросили меня приютить ее на время.

Мы год искали Булочке новых хозяев, но ее никто не взял: людей отталкивал солидный возраст и родовая травма собаки, из-за которой недоразвита одна из лап. Так пушистая осталась у нас.

Еще одна моя собака — Чара. Она жила в квартире у пенсионерки вместе с другими животными. Соседи заметили, что женщина не кормила питомцев и не ухаживала за ними, но жалобы в органы власти ни к чему не привели. Однажды Чару увидели продавцы на рынке в нашем поселке — та еле шла, шатаясь и падая.

Собаку лечили всем миром: одни отправляли деньги, другие писали посты, а кто-то помогал мне довезти ее до клиники и занести внутрь здания, потому что я не мог это сделать на инвалидной коляске. После месяца лечения Чара попала к нам на передержку — видимо, уже навсегда. Она пожилая, у нее онкологическое заболевание, проблемы с сердцем, а также не слышит одно ухо.

К счастью, нашему волонтерскому сообществу удается пристроить в семьи большинство найденных животных. Правда, это занимает не один месяц: очень немногие готовы взять питомцев с инвалидностью.

Мы всегда проверяем каждого потенциального владельца и не отдаем животное любому, кто нам пишет. Наши волонтеры беседуют с кандидатом и предлагают забрать кошку или собаку сначала на небольшой срок, а затем решить, готов ли человек оставить питомца насовсем.

Если человек хочет приютить животное, особенно с инвалидностью или заболеванием, он должен быть готов к этому. Питомцу могут потребоваться лекарства, специальный корм, помощь ветеринара, памперсы — на это нужны деньги. Еще может понадобиться самому делать уколы или перевязывать рану. Если собака большая и активная, с ней важно часто гулять, в идеале — жить в собственном доме.

Животным, которые уже были в семье, нужно дать время, чтобы привыкнуть к новым людям. Расставание с хозяином всегда травмирует питомца. На адаптацию может уйти как пара месяцев, так и лет. Кошки обычно привыкают быстро, а некоторые собаки могут так и не адаптироваться в новом доме. Об этом я и другие волонтеры рассказываем всем, кто собирается забрать четвероногих к себе.

Своих питомцев я кормлю, лечу и вакцинирую на собственные деньги — трачу 50 000—60 000 ₽ в месяц. Животных на передержке курируют другие волонтеры на деньги, собранные в соцсетях. Добровольцы сотрудничают с четырьмя ветеринарными клиниками в нашем городе. Как постоянным клиентам нам делают небольшие скидки — до 5%.

Я занимаюсь волонтерством больше пяти лет. Помогать животным — моя гражданская позиция. Мне важно поддерживать не только людей, но и питомцев с инвалидностью, которые сами без нас не справятся.

Я помогаю животным больше 20 лет. В начале 2000-х занималась этим одна: возила кошек и собак к ветеринару, искала им дом. Почти у всех моих друзей и знакомых живут спасенные мной питомцы. Я оставляла у себя только тех, кому не могла найти хозяев и за кого особенно болело сердце, — животных с инвалидностью и старичков с множеством заболеваний.

С каждым годом кошек и собак в семье становилось больше, и поэтому в 2022 году мы переехали в частный дом. Тут у нас образовался свой маленький приют, как мы его называем. Сейчас в нем 22 собаки, два кота и две кошки — многие имеют проблемы со здоровьем. Крупные звери живут в вольерах с теплыми будками, которые смастерил муж. Маленькие устроены дома.

Я ушла с работы в ноябре 2023 года и с тех пор не искала новую. Я чувствовала, что жизнь проходит, а я не реализовала себя до конца. Моя душа успокоилась, когда я посвятила свободное время помощи животным, попавшим на улицу или в приют.

Я не понимаю, почему хозяева относятся к животным как к вещам. От многих наших подопечных отказались из-за болезней и старости. Некоторые люди оставили питомцев в лесу, другие принесли в клинику, чтобы усыпить.

Четырехкилограммовую чихуахуа, которая сейчас живет у брата, бывшая хозяйка привязала рядом с помойкой и бросила. Десятилетнюю китайскую хохлатую мы забрали из приюта.

Одиннадцатилетнюю ши-тцу владельцы хотели усыпить, потому что она постарела и плохо пахла. Я взяла ее себе. Оказалось, неприятный запах появился из-за заболевания кожи — он исчез после лечения и мытья специальным шампунем.

Еще одну слабовидящую тринадцатилетнюю пекинесиху выбросил на улицу бывший хозяин. После смерти супруги он встретил другую женщину, и та не согласилась взять собаку в дом.

Все мои питомцы сначала тосковали по прежним хозяевам, но постепенно привыкали к хорошему уходу и отношению.

Характер животного раскрывается не сразу. Одни встают с подстилки и ходят по дому, обнюхивая все вокруг. Другие облизывают руки и просят, чтобы их погладили. Кошка и собака открываются человеку, когда начинают верить, что он не обидит и не предаст.

Когда мы взяли домой десятого питомца в 2022 году, справляться силами одной семьи стало тяжело. К счастью, на помощь пришли волонтеры приюта «Лохматая душа» и просто неравнодушные люди. Я объединилась с девятью добровольцами. Теперь мы вместе публикуем объявления в соцсетях, чтобы собрать средства на корм, лекарства и услуги ветеринаров. Я понимаю, что многие животные с заболеваниями останутся у меня навсегда, поэтому постоянно ищу деньги на их содержание.

Мои питомцы ежемесячно съедают около 150 кг корма — лечебного и премиум-класса. Я не могу давать обычный, потому что животным нужно сбалансированно питаться. Также несколько собак принимают дорогостоящие лекарства «Ветмедин» и «Апоквел». Все это стоит около 100 000 ₽ в месяц.

Я благодарна каждому, кто помогает находить деньги: мужу, сыну, людям в соцсетях. Также выручают магазины «Динозаврик» и «Бетховен» — они проводят благотворительные акции, на которых мы собираем пожертвования. Еще я рада, что у одного кота есть куратор: спасшая его девушка покупает ему корм и наполнитель, а также оплачивает лекарства и прививки.

Я приютила этих животных, чтобы они были окружены заботой как можно дольше. Труднее всего переживаю смерть питомцев, но стараюсь не жалеть себя. Думаю о том, что им было хорошо со мной и их нужно отпустить со спокойным сердцем, находиться рядом в последние часы и минуты.

Некоторые знакомые спрашивали меня, зачем мне столько собак и кошек. Я не нашла понимания и перестала общаться с этими людьми.

Я всегда любила животных. В детстве выносила еду бездомным кошкам и собакам. Некоторых хвостатых таскала домой, но мама ругалась и заставляла уносить их обратно.

Однажды в 1998 году, сидя в пиццерии, я увидела, как котенок метался по восьмиполосной дороге. Я выбежала на улицу, схватила его и унесла с проезжей части. Другие люди тоже его заметили, но не помогли. Найденыша я оставила себе.

Позже я переехала в небольшой подмосковный город и стала жить одна. У дома было место, которое я в шутку называла проклятым. Мне приходилось видеть там животных в беде, слышать пищащих котят в коробках. Я забирала всех домой, кормила и лечила. Затем искала для них хозяев: давала объявления в газеты, распечатывала листовки и развешивала их.

Поначалу я помогала только найденным мной животным. Несколько лет назад познакомилась с волонтерами из разных зоозащитных НКО: «Догоникота», «Дом», «Дарящие надежду», «Подарок судьбы», «ГБР Зоозащита». Теперь мы вместе пристраиваем питомцев, которых нашли другие люди или принесли хозяева.

Я помогаю, потому что брошенное или покалеченное домашнее животное может быстро умереть в мучениях. В этом виноваты люди, которые относятся к четвероногим как к игрушкам. Они хотят, чтобы питомцы их любили и дарили ласку, но сами не готовы о них заботиться. Так, хозяин может не следить за здоровьем кошки и довести до того, что она ослепнет из-за банального вируса.

Иногда люди считают, что кошки умеют планировать свои действия и думают о будущем, но это не так. Если кот посмотрит в окно и увидит птицу, он захочет ее поймать и спрыгнет, не задумываясь о последствиях. Чтобы хвостатый не выпал, достаточно поставить сетку-антикошку. Ее можно смастерить самому, как сделала я, или купить.

Иногда потребительское отношение к животным доходит до абсурда. Однажды мне предложили забрать котенка, потому что он, по словам хозяев, портил стену. Оказалось, у них стоял кошачий лоток, в котором была лишь горстка наполнителя.

Я объяснила: кот царапает поверхности, чтобы избавиться от запаха. Если класть больше наполнителя, животное успокоится. Через месяц эти люди снова позвонили и настойчиво попросили забрать кота, так как он стал писать на кровать. Когда я приехала, заметила, что хозяева не увеличили количество наполнителя. Питомца я увезла и нашла ему другую семью. У меня и новых хозяев он вел себя прекрасно: не трогал стены и ходил только в лоток.

К счастью, мне удается вылечить и пристроить большинство четвероногих. При этом ни работа, ни уход за детьми никогда не мешали мне помогать. Последние несколько лет я домохозяйка, времени на животных стало больше. Еще я периодически приезжаю в местный приют и выгуливаю собак.

Если у питомца травма или инвалидность, найти ему дом становится сложно. Сейчас в моей семье живут семь котов и кошек — я оставила их, потому что их никто не забрал.

Один наш кот выпал из окна прошлых хозяев и потерял клык и два резца. Он здоров и молод, но его не взяли из-за нехватки трех зубов.

Вторая питомица — носительница герпесвируса, который встречается только у кошек и не передается людям. Прежние хозяева долго ее не лечили, и поэтому теперь она плохо видит. Сейчас она чувствует себя нормально и при хорошем уходе не заразит других сородичей. Но люди боятся самого слова «вирус» и отказываются ее брать.

Еще у одной моей кошки нет головки бедренной кости — ее удалил ветеринар, потому что вправить было невозможно. Эта красавица живет со мной больше 11 лет и до сих пор быстро бегает и прыгает.

Другим питомцам я не нашла хозяев по разным причинам. Одного кота не взяли из-за диабета, второго — из-за генетического заболевания. Последнее возникло в результате инбридинга, родители котика были близкими родственниками. Обоим моим котам нужны дорогие лекарства.

Один питомец остался со мной, потому что все потенциальные хозяева не захотели установить на окна сетки-антикошки или ограничители. А ведь он игривый и подвижный, точно бы выпал из окна.

Последняя кошечка просто не захотела уходить от меня. В новом доме она нервничала, дрожала после переезда. Я приходила несколько раз, чтобы помочь ей адаптироваться, но это не помогло.

Мне трудно посчитать расходы на семерых животных. Все питаются по-разному: одни — на сбалансированном влажном мясном корме, другие — на лечебных, третьи — на обычных сухих. Нескольким требуется помощь ветеринара и лекарства. В нашей семье зарабатывают муж и дочь, и мы не тратим деньги впустую, поэтому нам их хватает.

За все время я помогла найти дом больше чем сотне кошкам. Редко, но удается пристроить и питомцев с особенностями здоровья.

Я уверена, что у меня было бы меньше работы, если бы людей учили заботиться о животных. Хочется, чтобы им чаще говорили, в том числе в СМИ, что нужно следить за здоровьем питомцев, а не относиться к тем как к игрушкам. Надеюсь, что люди не злые, а просто недостаточно знают об уходе за животными и это можно исправить.