Я училась на специалиста по международным коммуникациям и работаю в агентстве email-маркетинга

Я москвичка, в магистратуру я поступила в 31 год.

Я закончила межкультурную коммуникацию и перевод в России и спустя 10 лет неожиданно для себя решила сделать эти знания более практическими в Нидерландах, научившись в университете прикладных наук Ханзе тому, как строить коммуникации для бизнеса.

Я давно следила за этим вузом и была уверена в качестве образования. На рейтинги не смотрела — меня они не волнуют, куда больше хотелось получить реальные знания, применимые на практике. Университеты прикладных наук с этим отлично справляются.

Сначала думала поступать на бизнес, а потом поняла, что не надо мне туда — я «не про это».

На мою программу вместо мотивационного письма нужно было записать видео, ответив на несколько вопросов о себе, это и стало критерием оценки наравне с предыдущим образованием. С английским проблем никогда не было, и поступать решила в последний момент, так что TOEFL сдавала после пары дней подготовки — надо было познакомиться с форматом и понять, чего от меня хотят. Подалась за один день, но только потому что в последний момент, и у меня были готовы все документы. Осталось только записать видео. Не знаю, как я его не запорола, видимо, мысленно «сгруппировалась».

Один год обучения стоил около €8100. Моя программа была полуторагодичной, и цены выросли, так что за третье полугодие надо было заплатить чуть больше €4500. Мне удалось найти очень редкую 100% стипендию, поэтому само образование мне ничего не стоило.

В Нидерландах просто миллион часов групповой работы на всех программах.

Моя учёба состояла из 4 четвертей, или блоков, каждая по 5–7 недель.

Вместо экзаменов у нас были портфолио — оно состояло из группового проекта и нескольких индивидуальных работ. В групповом проекте нужно было вместе с одногруппниками предложить реальному клиенту стратегию, которая решит его бизнес-задачу или проблему с помощью коммуникаций. В индивидуальных работах надо было что-то проанализировать и продемонстрировать навыки исследований и критическое мышление.

Дипломная работа — это индивидуальный проект. Ты ищешь реального клиента, предлагаешь ему свои услуги консультанта по коммуникациям и решаешь его задачу, предлагая рабочую стратегию.

Групповая работа была для меня самой трудной.

Во-первых, не всегда везёт с сокомандниками: им может быть достаточно средних баллов, а ты хочешь идти на красный диплом, могут быть конфликты и непонимания на почве межкультурной коммуникации, некоторые и вовсе могут оказаться лодырями или хамами.

Во-вторых, очень сложно бывает скоординироваться: этому сегодня на работу, тот занят в кружках, а вон тот хочет отдохнуть именно в этот вечер и встречаться отказывается. Зато это помогло постигнуть дзен и принять философию стоицизма: не все в жизни можно поменять.

С жильем мне повезло: у бывшей коллеги освободилась в доме комната за очень доступную цену, и я в неё вцепилась.

В Нидерландах очень тяжело найти проживание кому угодно — кризис.

Ещё в стране почти все хорошо знают английский, экспаты даже жаловались, что им не с кем практиковать нидерландский язык — все быстро переключаются на английский, но я, видимо, похожа на голландку: со мной никто никогда не переключается и продолжает говорить на голландском невзирая ни на что. С одной стороны, это полезно для практики, с другой — стресс, когда нужно что-то быстро выяснить. Мне нравится знаменитая голландская прямолинейность, хотя иногда даже меня можно обескуражить — без обиняков скажут тебе, что ты совершил ошибку или сделал глупость, свято веря, что делают благое дело.

Программа очень интересная, на многое дает возможность взглянуть с новой стороны — учишься принимать людей и познавать себя с разных точек зрения.

Вуз всегда на связи с реальными компаниями — у факультета много партнеров в «Филипсе», «Икее» и других компаниях, и можно получить интересное предложение, просто сказав, где ты отучился.

Кампус огромный: здесь есть два гигантских спортцентра, несколько исследовательских лабораторий, современная библиотека и даже загоны с петухами и оленями.

Не нравится только, что город находится черти где: до Амстердама или Гааги добираться три часа в один конец, и ощущается расстояние совсем иначе, чем в России — успеваешь устать. Зато до Бремена и Гамбурга 2–3 часа, можно съездить на выходные в другую страну.

На севере страны, где находится вуз, несколько иная культура, но регион активно привлекает иностранцев для развития. Тем не менее мне в городе оказалось скучновато.

Ещё не понравилось, что за счёт относительно невысокой для англоязычной программы стоимости образования этот вариант используют для легкой иммиграции люди из сложных стран, например Ирана и Бангладеша. Академической ценности эти люди при этом не приносят — было очень сложно работать в команде с пофигистами и лодырями, и администрации не всегда удавалось это вовремя отследить и принять меры, которые они сами не сочли бы дискриминацией.

По окончании учебы иностранец из страны, не входящей в ЕС, может получить годовую визу на поиск работы. Её наличие снижает требование по минимальной зарплате для иностранца — до €2600 в месяц до вычета налогов. Для сравнения, в 2024 году иностранцу в возрасте до 30 лет нужно найти работу минимум на €3800 в месяц, а после 30 — от €5300 (точные суммы проверять лень, но масштаб такой). Если ты не айтишник, такую зарплату найти довольно сложно, если нет руководящего опыта и голландского на уровне, близком к носителю.

Не будьте как я — планируйте все заранее: если у вас нет опыта в образовании за рубежом, какой был у меня в силу работы, можете посыпаться на подготовке и упустить выгодный шанс.

Заранее изучайте особенности страны и иммиграционного законодательства, а ещё обязательно учите местный язык (и не верьте тем, кто считает это пустой тратой времени).