Кейс юриста: я помог клиенту получить 300 000 ₽ от ТСЖ после паде­ния с обледенелой лестницы

В феврале мой клиент Владимир выходил из подъезда, поскользнулся на обледенелых ступеньках и получил травму.

Он повредил грудную клетку и не мог передвигаться. Сосед помог ему добраться до травмпункта, где диагностировали перелом четырех ребер. Больше месяца Владимир был на больничном. А когда поправился, обратился ко мне, чтобы взыскать компенсацию с ТСЖ.

Нам удалось заключить с товариществом мировое соглашение и получить деньги.

Владимир обратился ко мне, чтобы узнать, кто в его ситуации должен компенсировать моральный вред. Я ответил, что ТСЖ, которое обслуживает дом, где произошло падение. И вот почему:

1. Владимир живет в этом доме и платит товариществу за содержание общего имущества. Входная лестница к нему относится  .
2. ТСЖ должно своевременно очищать ее от наледи и снега  .
3. Ступени были покрыты льдом, а значит, товарищество не выполнило свою обязанность.
4. Владимир получил травму из-за наледи, которая образовалась на ступеньках.

На эту ситуацию распространяется закон «О защите прав потребителей», так как клиент оплатил услугу ТСЖ, а ее не оказали. Поэтому мой доверитель мог требовать не только компенсацию морального вреда и возмещение расходов на лечение, но и штраф в размере 50% от взысканной суммы  . Правда, последнее — при условии, что товарищество не выплатит деньги добровольно.

Мой клиент находился на больничном с 8 февраля по 20 марта, и за все это время председатель ТСЖ ни разу не поинтересовался его самочувствием и не предложил помощь. Хотя именно он должен был следить за состоянием лестницы и нес ответственность за то, что произошло. За дни болезни Владимир мог попросить также компенсировать утраченный доход  , но не стал, так как был директором в собственной фирме.

Владимир сфотографировал обледеневшую лестницу в день падения, когда возвращался из больницы. Еще запросил видеозапись с камеры на фасаде дома. По моей просьбе он сходил в поликлинику и взял выписку из медицинской карты. В ней указали диагноз и период больничного.

Когда доказательства произошедшего были готовы, мы направили в адрес ТСЖ претензию. Попросили выплатить компенсацию морального вреда в размере 500 000 ₽, который возник из-за ненадлежащего обслуживания дома. В претензии советую указывать сумму, которую вы рассчитываете получить в лучшем случае. Если другая сторона будет готова мирно решить конфликт, ее можно немного снизить, учитывайте это.

Председатель ТСЖ не забрал претензию с почты. Конверт пролежал там месяц, а затем вернулся клиенту. Владимир был огорчен происходящим. Мало того что руководство товарищества его здоровье не волновало, так еще и письмо проигнорировали.

В июне мы подали исковое заявление в суд. Госпошлину за такие дела платить не нужно. Требовали выплатить уже не полмиллиона, а 800 000 ₽. При взыскании компенсации морального вреда рекомендую указывать сумму повыше. Судья вправе уменьшить ее, но присудить больше заявленного не сможет. Еще указали штраф в размере 50% от той суммы за отказ мирно урегулировать спор — 400 000 ₽.

Документы подали через ГАС «Правосудие» в Приморский районный суд Санкт-Петербурга. Дело относилось к его территориальной подсудности как по адресу регистрации Владимира, так и по месту нахождения товарищества. Если бы они не совпадали, мы бы выбирали, куда подать иск.

К заявлению я приложил медицинские документы, фотографии лестницы, квитанцию о направлении претензии и иска в ТСЖ. Видеозапись прикрепить было нельзя, поэтому я планировал принести флешку на первое заседание. Позже мы хотели ходатайствовать перед судом о том, чтобы вызвали в качестве свидетеля соседа, который помогал Владимиру добраться до больницы.

Иск приняли к производству 2 июля. В тот же день Владимиру позвонила юрист ТСЖ Елена. Сказала, что мы отправили им почтой только текст иска — без приложений. Мужчина дал ей мой номер, и она повторила то же самое мне. Я отправил юристу медицинские документы клиента по электронной почте.

Елена спросила, не хотим ли мы решить спор мирно. Я ответил, что, если сойдемся по сумме, можно не доводить до судебных разбирательств. У нас было три месяца на переговоры. Первое заседание назначили на 2 октября. В Санкт-Петербурге суды загружены, поэтому дела рассматривают долго.

Стали выяснять, какую сумму они готовы заплатить и на какую согласен клиент. Юрист предложила по 10 000 ₽ за ребро плюс еще 10 000 ₽ сверху за лечение, всего 50 000 ₽. Я ответил, что это смешные деньги и через суд мы получим намного больше.

Перед переговорами я обсудил с Владимиром компенсацию, которая его бы устроила. Для него 250 000 ₽ — это был минимум, чтобы согласиться на мировое. На меньшее он не рассчитывал.

Елена предложила 100 000 ₽. Этого тоже было мало. Тогда юрист спросила, какая компенсация нас устроит. Я назвал 400 000 ₽. Она ответила, что мы хотим слишком много. Но сказала, что обсудит эти цифры с руководством ТСЖ и вернется с ответом.

Спустя пару дней юрист позвонила и предложила 200 000 ₽. При этом товарищество настаивало, чтобы Владимир отказался от компенсации судебных расходов и от любых требований, связанных с тратами на лечение.

Пострадавший лечился бесплатно в городской поликлинике, поэтому расходов на лечение у него не было. ТСЖ не знало об этом. Также у них не было информации о том, насколько восстановился Владимир и планирует ли обращаться в частную клинику за медицинской помощью.

Я напомнил ответчику, что, если товарищество будет судиться, кроме компенсации они заплатят потребительский штраф, возместят расходы на мои услуги, а еще понесут траты на своего юриста. Елена не была в штате товарищества и работала с ними по договору об оказании услуг за вознаграждение. По скромным подсчетам, ТСЖ в сумме пришлось бы выплатить больше 500 000 ₽, если дело не решилось бы миром. Юрист снова ушла совещаться с руководством.

Несколько дней не было ответа, поэтому я первый написал Елене. Она сказала, что выплатить больше 200 000 ₽ они не готовы. Председатель ТСЖ не считает товарищество виновным в травме Владимира. На видеозаписи видно, как мужчина говорит по телефону и не держится за поручень, когда спускается.

По словам председателя, мой доверитель должен был осознавать, что зимой высокий риск получить травму. Передвигаться надо осторожно и соблюдать меры безопасности. Они сослались также на другие кадры. На них Владимир после травмы каждый день куда-то уходит и приходит — и не выглядит при этом страдающим.

Еще председатель добавил, что последствия травмы обратимые и не пожизненные — переломы без смещения. В стационаре Владимир не лечился. Значит, он получил легкий вред здоровью и 200 000 ₽ ему хватит за глаза.

В этом председатель заблуждался. Мужчина пробыл на больничном 40 дней, в то время как с легкой степенью вреда здоровью этот срок не превышает 21 день. Травма причинила здоровью моего клиента вред средней тяжести  .

Я отправил Елене ссылку на мою статью в Т⁠—⁠Ж, где рассказывал, как мы взыскали с перевозчика 400 000 ₽ за травму на перроне. В той ситуации бабушка сломала одну кость, а Владимир — четыре. Маловероятно, что присудят меньше. К тому же в этом деле можно взыскать потребительский штраф, а в том мы взыскать его не могли, значит, здесь сумма будет больше.

В переговорах движение должно быть обоюдным, поэтому я снизил наши требования до 350 000 ₽, и Елена снова ушла совещаться с руководителем ТСЖ.

Они прочитали мою статью и предложили 260 000 ₽. Где 250 000 ₽ — компенсация вреда, а 10 000 ₽ — расходы на лечение. Елена посоветовала моему клиенту положить их на вклад на полтора-два года под 20%. По ее словам, лучше забрать деньги сейчас, чем получить их после всех разбирательств, которые растянутся надолго. Мол, времена нынче неспокойные — неясно, какая покупательная способность будет у этих денег через пару лет. А благодаря процентам мой клиент сможет получить сумму, на которую рассчитывает, быстрее.

Я ответил, что, если суды будут идти долго, ТСЖ разорится на юристах. Председатель должен учитывать не только то, что присудят Владимиру, но и расходы, связанные с рассмотрением дела. Напомнил, что по этой категории споров истец имеет право на компенсацию всех понесенных трат, даже если присудят рубль. Поэтому мировое выгодно не только нам, но и им.

Елена попросила нас немного снизить требования. По ее словам, председатель на эмоциях хочет прекратить переговоры.

Чтобы убедить другую сторону в адекватности наших требований, я нашел и сбросил юристу судебную практику по похожей ситуации  . В 2022 году с ТСЖ взыскали 405 000 ₽ за перелом одного ребра, когда мужчина упал на обледеневшей лестнице. В этой сумме 270 000 ₽ — компенсация вреда, 135 000 ₽ — потребительский штраф. При этом суд при определении размера компенсации также учел неосторожное поведение истца: тот не держался за перила при спуске.

Переговоры затихли на месяц. Потом Елена позвонила и сказала, что председатель ТСЖ готов выплатить 300 000 ₽. Это финальное предложение. Либо мы соглашаемся, либо будем судиться, и пусть судья определяет сумму. При этом нам пообещали выплатить деньги сразу и без участия приставов, как только мировое соглашение утвердит суд. Я согласился, подготовил документ и отправил им на ознакомление.

Чтобы документ приобрел силу исполнительного листа и стал обязательным для сторон, его должен утвердить суд.

Я предложил оппонентам встретиться до даты заседания и подписать документы. Но Елена ответила, что в этом нет необходимости и подписанные экземпляры она принесет на процесс.

Накануне заседания, 1 октября вечером, юрист написала, что председатель не хочет подписывать соглашение и предлагает его изменить. Оказалось, ответчик переживает, что после утверждения документа мы подадим новый иск и тогда они зря платят нам деньги. Председатель настаивал, чтобы мы отказались от всех существующих требований к ТСЖ.

Я ответил, что это невозможно. Нельзя мировым соглашением по конкретному спору охватить все отношения собственника жилья с ТСЖ. В части претензий, связанных с травмой, мы от всех требований отказываемся. Предложил им прислать на согласование скорректированный текст мирового, если они хотят что-то добавить. В итоге нам его не отправили.

В день рассмотрения дела мы встретились с Еленой у кабинета судьи. Она принесла подписанные экземпляры мирового соглашения. Пока я подписывал документы со стороны истца, спросил юриста о вчерашних событиях. Она сказала, что у председателя был мозговой штурм с активными жильцами дома, после которого он запаниковал. Но ближе к ночи успокоился и подписал документы.

В итоге мы договорились о следующем:

1. ТСЖ выплачивает Владимиру 300 000 ₽.
2. Стороны не требуют друг с друга понесенные судебные расходы.
3. Владимир отказывается от любых требований, связанных с этой травмой.

Нас пригласили в зал заседаний. По делам о возмещении вреда здоровью в процессе всегда участвует прокурор  . Судья спросила, есть ли у сторон ходатайства. Я отдал подписанные экземпляры мирового ей и представителю прокуратуры. Ни у кого не было возражений или комментариев, поэтому судья удалилась в совещательную комнату. Вернулась в течение пары минут и сообщила, что утвердила мировое соглашение.

Текст соответствующего определения подготовили за 10 дней. Я забрал его у помощника судьи и затем передал Владимиру. Тот отнес его в бухгалтерию ТСЖ, и в течение пары дней ему на карту пришли деньги.

Клиент рассказал, что жильцы дома с энтузиазмом следили за ходом разбирательств с ТСЖ. Большинство поддерживало Владимира. Председателю это не нравилось. В личных разговорах он говорил, что компенсацию включит в платежки. Ведь на выплату морального вреда деньги в бюджет ТСЖ никто не закладывал. Поверившие в это жильцы были недовольны размером суммы, которую получил пострадавший по мировому соглашению.

Спустя время клиент случайно встретился с председателем возле дома. Тот сказал, что мужчине надо было не к юристу идти, а в гости к нему, где они бы за чашечкой чая решили конфликт полюбовно. Владимир знает, что тогда 300 000 ₽ ему бы никто не выплатил.

Благодаря мировому соглашению мой клиент получил деньги быстро. Он травмировался в феврале, иск мы подали в конце июня, а деньги поступили на счет уже в октябре. Он доволен, я тоже считаю результат положительным. Владимир восстановился после травмы и чувствует себя хорошо.

Если бы мы не договорились с ТСЖ, клиенту, скорее всего, присудили бы больше. Думаю, что от 300 000 до 500 000 ₽, если полагаться на судебную практику. Плюс он бы получил возмещение затрат на мои услуги.

Но разбирательство заняло бы много времени. Рассмотрение дела в нескольких инстанциях — это полтора-два года с момента, как подали иск. К тому же ТСЖ могло оттягивать момент исполнения судебного решения. По этим причинам мировое соглашение в такой ситуации — более рациональный и выгодный путь.

1. Если упали на льду и получили травму, зафиксируйте происшествие. Запросите записи с камер видеонаблюдения, сделайте фотографии, также можно вызвать скорую помощь. Если есть свидетели, возьмите их контакты.
2. Собирайте медицинские документы. Они подтвердят, что травма была. Если клиника частная, бумаги пригодятся еще и для того, чтобы взыскать компенсацию трат на лечение  , а не только морального вреда.
3. Обдумайте мирное решение конфликта. Посмотрите, что предложит другая сторона. Попробуйте договориться на выгодные для себя условия. В этом могут помочь примеры из судебной практики — как аргументы.
4. Помните, что ответчик, скорее всего, не заинтересован в разбирательствах: суд обходится дороже.