Как устроены проце­дуралы и почему мы любим такие сериалы

Думаю, многие из нас впервые столкнулись с процедуралами  ​в эпоху их расцвета в 2010-е, лично или наблюдая за тем, как их смотрит мама.

Моя предпочитала длинные американские сериалы вроде «Касла», «Костей», «Менталиста» и «Анатомии страсти». Выделялись и процедуралы на другие тематики: например, «Доктор Хаус» про медиков или «Форс-мажоры» про юристов.

Сериалы становились невероятно популярными, хотя едва ли их верные поклонники были хоть как-то связаны с этими профессиями. Так чем же подобные шоу цепляли и продолжают цеплять нас — и почему сейчас такой успех уже не повторить?

Первое и самое основное, на мой взгляд, — психологический комфорт от просмотра. В эпоху активного производства процедуралов еще не было стримингов. Все приходилось смотреть по телевизору. Большую часть контента адаптировали под реалии мира, в котором досуг зрителя зависел от расписания телепрограмм.

А когда эпизоды почти никак сюжетно не связаны между собой, пропадало внутреннее напряжение от того, что не успел на какую-то серию и что-то пропустил. И неважно, в какой момент сезона ты, щелкая пультом, наткнешься на сериал — влиться в сеттинг можно легко и быстро. При этом каждая серия — самостоятельный и увлекательный сюжет с интригой, которая обязательно раскроется в конце и не оставит зрителя в подвешенном состоянии до следующей недели.

Центральные герои процедуралов обычно очень яркие и харизматичные. Персонажи в таких проектах — своеобразный клей, на котором держится внимание зрителя. А образности герою придает атмосфера его деятельности. Наблюдая за персонажем, когда он занят своей работой — а особенно той, где он профи, — мы невольно проникаемся им и его личностью.

Благодаря профессионализму, с которым он выполняет как рутинные, так и необычные задачи, герой излучает уверенность, харизму и, что греха таить, зачастую сексуальность. Такой персонаж в естественной среде обитания подкупает зрителей.

Например, в «Костях» создатели не только сделали ставку на главную героиню, но и раскрыли вокруг нее целую команду, где каждый с упоением занимается своей частью расследования. Доктор Бреннан изучает скелеты, Джек Ходжинс — насекомых и прочие ботанические прелести, а Анджела Монтенегро специализируется на технологиях.

В процедуралах любят еще показывать рост героев-новичков под руководством более опытного наставника. Такие арки в руках сценаристов превращаются из простой драмы, которую саму по себе можно долго развивать, в интересные сюжетные линии. Так, Спенсер Рид из «Мыслить как преступник» и Майк Росс из «Форс-мажоров» — идеальные примеры такого роста молодых гениев. Старшие коллеги и наставники Спенсера — Джейсон Гидеон и Аарон Хотчнер — помогают ему разобраться в специфике работы и адаптироваться в команде. А Харви Спектер покрывает своего стажера Майка из-за отсутствия у того гарвардского образования.

По правилам драматургии внешний конфликт всегда связан с внутренними проблемами героя. В процедуралах эти линии зачастую развиваются параллельно. Это заставляет зрителя постоянно переключаться между разными ветками повествования.

Конечно, куда же без служебных романов. За ними тоже интересно наблюдать — опять же потому, что герои взаимодействуют в профессиональной среде. Обычно они равны друг с другом по статусу — или как минимум похожи в юморе. Они вместе работают и обожают перекидываться колкостями и шутками. В подобных фразочках обычно и скрывается интерес героев друг к другу, что создает особое напряжение.

Мы с нетерпением ждем сцену, где детективу нужно заглянуть к патологоанатому за заключением, напарникам — поделиться догадками, двум адвокатам — обменяться делами, а врачам — обсудить диагноз в ординаторской. И всем им как бы между делом еще и намекнуть на свидание.

Главное, что такие романтические истории обычно не вырастают в большие сюжетные драмы. В них есть свои конфликты, которые не дают заскучать. В то же время любовные сюжеты не забирают все зрительское внимание. Честно говоря, это мой любимый тип романтических линий в кино.

А что же с типом профессий? Почему нам так любопытно смотреть, как работают юристы и врачи, хотя в реальности это совершенно неинтересно? Если полицейские сериалы еще могут увлекать за счет детективного сюжета, то работа в больнице или в конторе особо никого не волнует, хотя людей этих профессий в обществе очень много. Думаю, как раз за счет того, что мы не придаем этой работе особого значения в реальной жизни, такие сериалы и становятся глотком свежего воздуха. Они часто романтизируют профессии.

Яркий пример — «Форс-мажоры». Кто бы мог подумать, что можно снять девять сезонов о юристах, читающих контракты? Но сериал показывает их работу так, что она превращается в поле для интеллектуальных битв. Герои ходят в дорогих костюмах, говорят с немыслимой скоростью и решают судьбы корпораций за пару часов.

Все дело в магии кино, которая заставляет что угодно выглядеть достойно и красиво. А также в героях и их погруженности в работу. Зачастую опытные сотрудники стараются не строить свою жизнь вокруг того, чем зарабатывают на эту самую жизнь. В кино же персонажи, наоборот, живут своим делом, еще и умудряются выглядеть интересными и полноценными личностями, хотя мы едва ли видим их за пределами рабочего места.

Нам нравится, когда рутину превращают в череду загадок, интриг и расследований. А еще судебная, уголовная, врачебная и юридическая практика — неиссякаемый источник идей для небольших сюжетов на сорок минут. Только и успевай записывать.

Если коротко, все дело в новых реалиях. Мы больше не нуждаемся в сериалах, которые можно включить с любого места. Нас нужно удерживать полноценным сквозным сюжетом, чтобы мы продолжали исправно платить за подписку на стриминговую платформу.

Но, по моему скромному зумерскому мнению, есть еще одна весьма веская причина — ощущение ностальгии. Мы часто не осознаем, но то, что мы смотрим, — это не только концепт, сюжет и герои. Это еще и картинка. Мы хотим видеть ту же операторскую работу, тот же цветокор, те же художественные решения, что 15 лет назад. За это время технологии кинопроизводства и бюджеты совершили скачок. Создатели могут позволить себе больше, чем съемки одного-двух планов за сцену, трех локаций и одной проходки по коридору. Камеры могут передавать картинку ярче и сочнее, а костюмы, естественно, более приближены к современным трендам.

Нам хочется видеть кнопочные телефоны и пейджеры, а показывают смартфоны. Меняются стили одежды, панорамы и пейзажи городов, методы работы в самих профессиях. Меняются негласные правила постановки кадров и монтажа.

А еще меняются люди и поколения. Пользователи все больше страдают клиповым мышлением, под которое создатели подстраиваются сменой кадров, сокращением реплик и даже включением совершенно банальных пояснений к происходящему для тех, кто параллельно занят думскроллингом.

Множество на первый взгляд незначительных мелочей приводит к потере штуки под волшебным названием «вайб». Это не просто особенности какого-то конкретного жанра, но еще и то, каким мы его запомнили. Мы хотим увидеть не ремейк или новый процедурал, а продолжение старого любимого — причем так, будто он и не прерывался вовсе.

Сравнить только старый «C.S.I. Место преступления» с его недавним перезапуском. Разница в картинке, темпе и подаче колоссальна. Старый стиль уже не работает, а новый не вызывает той же теплоты. И здесь уже мы, да и создатели, беспомощны как дети.

Безусловно, процедуралы полностью не вымерли как жанр. Они скорее эволюционировали. Яркий пример тому — нашумевший недавно российский сериал «Волшебный участок». В нем едва ли можно узнать процедурал, хотя это именно он.

Жанр служит скорее инструментом для раскрытия вселенной «Волшебного участка» и сильного сквозного сюжета, а не его фундаментом. Все же сейчас зрителя уже сложнее зацепить форматом.

Процедуралы 2000-х и 2010-х годов и сегодня занимают особое место в наших сердцах. Но боюсь, все, что нам остается теперь, — наслаждаться шедеврами тех лет и не пытаться возродить то, что достигло пика своего развития и ушло в тень.

Лучше пересмотрите на досуге пару серий «Форс-мажоров» и проникнитесь атмосферой.