Рекомендую симфонию № 5 «Amen» Галины Уствольской

Для истинного художника его творчество, что бы то ни было — музыка, поэзия — как терновый венец, крест, которому он остается верен всю жизнь. Слушая Уствольскую, каждый раз убеждаешься в этом.

Ее музыка — самое чистое и искреннее воплощение такого тонкого, ранимого мироощущения, когда внутри — словно натянутая струна, так болезненно откликающаяся на каждое взаимодействие с внешним миром.

Слушая 5 симфонию, невольно думаешь, что ощущает творец, через какой внутренний ад нужно пройти, чтобы так отчаянно пытаться от него освободиться.

Никогда еще слова молитвы не звучали так пронзительно. С такой искренностью, почти детской, чтец произносит текст «отче», словно пастернаковский Гамлет — один посреди густой темноты. И в этой темноте, не изменяя своему жестокому ритму, как набат, звучит пульсация деревянного куба.

Так сердце стучит в свои последние минуты, готовясь замереть навсегда.

Но смерть представляется не концом, а именно освобождением, от самого себя, от душащей пустоты вокруг, и все же этот момент перехода в небытие очень болезненный, потому что каждому есть что терять в этом мире, никто не готов с ним расстаться.

В конце чтец переходит на крик, и внутри все обрывается. Этот возглас — не для того чтобы быть услышанным. Но истинный творец не может молчать, так как молчание для него — погибель. Так и Уствольская не искала понимания или признания, она сочиняла, потому что творчество было для нее кислородом, и, возможно единственным способом справиться с этой реальностью. Поэтому у ее музыки есть свойство проникать в такие уголки человеческой души, о существовании которых никто даже не задумывался.

Иисус пошел на голгофу чтобы спасти нас от нас же самих, а Уствольская принесла себя в жертву собственной музыке.

Чтобы те, кто способны ее услышать, почувствовали себя по-настоящему живыми.