«Каждый предмет — история»: почему стоит посетить музей-квартиру Майи Плисецкой в Москве

Культурная часть субботы — посещение музея-квартиры Майи Михайловны Плисецкой. Разговоры и обсуждения затянулись на весь день.

Не скажу, что я заядлая поклонница балета. Так сложилось — не моё основное увлечение. Поэтому предложение сходить в музей-квартиру великой Плисецкой я восприняла скорее с интересом, чем с восторгом. Но заранее почитала о ней — и уже тогда поняла: это не просто балерина, а целая эпоха, живая легенда.

Квартира расположена в знаменитом доме №25/9 на пересечении Мамоновского переулка и Тверской улицы — в здании, построенном в 1940-х специально для артистов Большого театра. Шестой этаж. Дом жилой, закрытый — просто так не войдёшь. Нужно нажать домофон, представиться и подождать, пока за тобой спустится сотрудник музея.

Встречают — чудесные дамы, хранительницы памяти. У меня сложилось впечатление, что они знают о жизни Майи Михайловны и её мужа, композитора Родиона Щедрина, буквально всё: от бытовых привычек до самых сокровенных творческих замыслов.

Экскурсия длится около часа. Но какой это час! Молодая экскурсоводка говорит с таким трепетом, с такой искренней влюблённостью в тему, что время исчезает. Я местами прослезилась — не от жалости, а от восхищения силой духа этой женщины, которая прошла через репрессии, запреты, одиночество и всё равно осталась собой — гордой, независимой, «инопланетянкой», как её называл муж.

Квартира сохранилась почти без изменений — именно такой, какой она была при жизни Майи Михайловны и Родиона Константиновича. Здесь всё дышит личностью: книги, фотографии, театральные афиши… Особенно впечатлили витрины с подарками от поклонников со всего мира — от фарфоровых фигурок до экзотических сувениров. Каждый предмет — история.

Очень тронули рассказы о детстве: как в 1937 году её отец, инженер Михаил Плисецкий, был арестован и расстрелян, а сама Майя, будучи ребёнком, чудом избежала ссылки. Как, несмотря на запреты, стала лицом советского балета за рубежом — и при этом никогда не соглашалась быть «витриной режима».

После экскурсии захотелось немедленно купить её автобиографию «Я, Майя Плисецкая»— книгу, написанную с потрясающей честностью, болью и самоиронией.

Фотографировать и снимать видео разрешают — но только после окончания экскурсии. И правильно: сначала нужно услышать, почувствовать, а потом — запечатлеть.

А ещё меня поразила кухня. Простая, скромная, без намёка на роскошь. Говорят, Майя Михайловна любила готовить, особенно когда приезжали друзья — Щедрин, Ростропович, Вишневская… Но времени почти не было: репетиции, гастроли, постановки. Тем не менее, даже в быту она оставалась человеком вкуса и тепла.

Вся квартира — воплощение утончённого, но сдержанного стиля. Никакого пафоса, никакой показной роскоши. И тут невольно проводишь параллель с нынешними «звёздами», чьи интерьеры кричат о богатстве.

Для Плисецкой и Щедрина главным всегда были другие ценности: свобода, творчество, честность, любовь. И, кажется, именно поэтому их дом до сих пор дышит жизнью — той самой, настоящей, человеческой.

Посещение этого места — не просто экскурсия. Это встреча. Рекомендую посетить (язык не поворачивается сказать "музей") квартиру этих великих людей. Билеты купить просто: либо через известные сайты, либо напрямую на сайте Бахрушинского музея.