Я посетил встречу московского дискуссионного клуба, на которой мы искали истину

Буквально в эту субботу я второй раз посетил заседание кружка «Философия рядом», который проходит раз в месяц в Москве в библиотеке им. Анны Ахматовой.

Мне трудно говорить что-то об истории кружка и системе подбора тем до моего первого в нём появления месяц назад. Для меня прежняя система выбора тем и формата подачи стартового импульса дискуссии была туманной. Но то ли время настало, то ли не знаю, что, но в подходе кружка к выбору тем наметилась понятная мне система, обеспечившая моё посещение. В каком-то смысле в моём понимании формат «философия ради философии» переродился в формат в «философия как метод преодоления проблем и определения границ познания». Что не могло меня не порадовать.

Поводом, который привёл меня на второе заседание, стал поиск определения истины.

Как лингвиста и маркетолога со стажем и сопутствующими профдеформациям, вроде недоверия, пофигизма к методу и фокуса на результате, меня всегда не то, чтобы волновал, но конечно интересовал термин «истина» и его физическая интерпретация.

Сказать по правде, в силу некоторой, я бы сказал, косности мышления предполагал, что наш «кружок», как и в моё первое посещение, будет скорее представлять собой «прямую линию», т.е. что мы с основательницей клуба Анной будем вдвоём.

Реальность приятно удивила меня 3-мя дополнительными членами заседания. Возможно, кто-то увидит некий скабрёзный поэтизм, учитывая тот факт, что три новых для меня члена заседания и я сам — все мужчины.

Ну, вот такой у меня стиль повествования.

Беседа потекла сравнительно плавно (по моим меркам), и началась с того, что каждый из нас попытался дать хоть какое-то определение то термину «истина».

После первого обсуждения сразу стало понятно, что к общему мнению мы не придём. На мой взгляд это стало следствием того, что изначально не был поставлен вопрос, в каком поле мы рассматриваем истину, абстрактном или материалистическом.

Дальше в беседе мы как раз проговорили, и пришли к тому, что давая некоторому термину определение, надо как-то сначала выбрать область знания, в рамках которой и даётся определение.

Приход к этому выводу занял чуть более трёх часов и сопровождался, основываясь на субъективных ощущениях, некоторым обменом, а где-то возможно, и не обменом, а просто высвобождением, энергии нервных клеток наших мозгов. Это помимо обмена информацией прикладного характера.

Скажу прямо, что, на мой взгляд, присутствие Анны в качестве модератора в каком-то смысле остужало наш патриархальный пыл и помогло беседе не выходить из неких условных берегов.

Как итог — скажу прямо, на душе стало чуть спокойней. Границы термина «истина», применительно к тому, как бы я объяснял этот термин ребёнку 8-ми лет или базе данных компьютерной программы, стали чётче. Сказать, что мы разошлись друзьями — я бы не сказал, но в определённом философском смысле, метафорически, нас наверняка можно отнести к собутыльникам. Если представить реальный мир и его сочетание с описанными философскими подходами и наработками как некую бутылку некоторого алкоголя, не вызывающего похмельного синдрома при умеренном, так сказать, культурном употреблении.