«Опоздавшая молодежь», «Все люди смертны», «Нерадивый ученик» и «Пан»: что я читала в феврале

Февраль короткий месяц, так что и прочитала я немного.

А что, если все правила жизни, идеалы, нерушимые знания об этом мире, которыми нас пичкают с самого детства, неправильные? Ну, или не неправильные, а просто уже неработающие в том мире, который по идее должен принадлежать нам, повзрослевшим? Где тогда наше место в этом мире, если старые идеалы — пыль, а новые — и того хуже?

Оэ, думается, написал о чём-то таком — о коллективной и личной трагедии (не новомодной травме, а именно трагедии).

Книга поделена на две части. В первой герой рассказывает, как в 1945 году он, будучи подростком, узнал вместе со всей деревней, что война проиграна, и стал ждать входа американских оккупационных войск. Вторая часть посвящена его жизни в Токио после нескольких лет в колонии для трудных подростков. Он молодой человек, студент, репетитор, мечтающий стать политиком. Волей случая он оказывается в центре скандала, из которого не так-то просто выбраться.

Читать роман эмоционально трудно. В книге нет ни любви, ни юмора, ни просвета. Это бесконечная стена дождя из жестокости, крови, предательства, презрения и обжигающей ненависти, хотя война уже кончилась и героические военные годы, накаченные патриотизмом сверху донизу, остались позади. Япония проиграла, она теперь аутсайдер с вечным клеймом позора, но жить новому поколению как-то надо. Тому поколению, которого готовили на войну, но оно на неё опоздало. Теперь эти несостоявшиеся герои, бравые и вечно будущие солдаты участвуют в совсем других войнах, в которых нет славы, героизма и даже патриотизма.

Не знаю, могу ли это кому-либо рекомендовать, но для меня это был непростой и интересный читательский опыт. Интересно, что я как-то задумалась над тем, а бывают ли книги о ненависти без каких-либо радостных моментов? И тут попалась книга Оэ. Она именно такая. Это изображение ненависти без оценки. Герой не милый и пушистый, но и примера пушистости у него никогда не было, а ненависть может порождать только ненависть.

Успешную актрису Регину вдруг схватывает экзистенциальный кризис, и она понимает, что не хочет умирать. Вернее, понимает, что смерть неизбежна, но ей хочется остаться в памяти людей навсегда. Она встречает странного мужчину, который не ест, не пьёт, ничем не занимается, но, влюбившись в Регину, он будто оживает и признаётся ей, что бессмертен. Раймонд Фоска рассказывает историю своей жизни, которая переплетается с историей Европы.

Симона, конечно, феминистка, но не только. Ещё она из компании экзистенциалистов, так что, как понимаете, позитивных выводов из способности жить вечно, не будет. Для Фоски бесконечная жизнь — повторение одного и того же и жуткая тоска от этого. Войны сменяются новыми войнами, эпидемии — другими эпидемиями, а на смену горячим и молодым, уверенным, что они-то смогут изменить мир, приходят такие же, а мир всё прежний. Однако за слоем циничного «человек всегда человек» кроется право на лучшую индивидуальную жизнь и на собственное счастье, что в конечном итоге оказывается не так мало.

Это такой роман-размышление с красивым видом на ландшафт истории с яркими персонажами. В зависимости от того, в каком состоянии вы находитесь, роман может произвести противоположное впечатление — от тоски до надежды и счастья. Мне лично на протяжении всей книги хотелось спорить с Фоской.

Это сборник, состоящий из пяти ранних рассказов Пинчона: «Мелкий дождь», «К низинам низин», «Энтропия», «Под розой», «Секретная интеграция». Мне понравились в разной степени три рассказа: «Энтропия», «Секретная интеграция», «Мелкий дождь».

«Энтропия» — великолепный рассказ в стиле Пинчона. Я у него прочитала всего ничего, скорее, подсмотрела одним глазом, но всё равно могу сказать, что в «Энтропии» узнаётся рука мастера. В рассказе две параллельные линии: события в квартирах на разных этажах. В одной пара молодых людей старается спасти маленькую птичку, во второй — идёт вечеринка уже вторые сутки.

Я не очень умный читатель, так что всех слоёв не сняла. Даже не особенно помню, что такое энтропия. Но заметила две вещи. Во-первых, музыкальность. Я потом уже прочитала, что Пинчон сделал рассказ по аналогии с фугой. Я не особенно понимаю, что такое фуга, но заметила, как автор переключается с одной квартиры на другой и стиль повествования меняется. «Как будто радиоволну переключает», — подумала я.

Во-вторых, хозяина квартиры с вечеринкой зовут Тефтель Маллиган, а мы все, кто читал «Улисса», знаем, кто такой Маллиган. Однако у меня ещё параллельно всплыл в голове Билли Миллиган, и я даже проговаривала про себя что-то типа «Тефтель Билли Миллиган» и поправляла сама себя: не Миллиган, а Маллиган. Хозяин квартиры в конце рассказа приводит хаос вечеринки в порядок. Интересно, а Билли Миллиган также ловко справлялся со всеми своими личностями? И сколько человек было на той вечеринке?

Рассказ «Секретная интеграция», несмотря на тему расизма, какой-то уютный, что ли. Может, потому что главные герои дети, или потому, что там есть АА и алкоголик, который мучается жаждой, — знакомые образы. Да и рассказ не оставляет сомнений, что написал его именно Пинчон. Здесь дети сбиваются в тайную организацию, которая готовит детские теракты против мира взрослых. Одна операция им точно удаётся — секретная интеграция. В то время, когда взрослые травят приехавшую чернокожую семью, дети завязывают дружбу с сыном этой семьи.

Рассказ бесхитростный, смешной, грустный, с яркими персонажами. Вот такие бы «Очень странные дела» я бы посмотрела.

В рассказе «Мелкий дождь», на мой взгляд, Пинчон перемудрил. Служащих в армии связистов вызывают в город, пострадавший от урагана, чтобы наладить связь. Главный герой Натан Левайн делает всё нехотя, он ходячее воплощение лени. Однако, столкнувшись со смертью напрямую, но неожиданно (видимо, сам для себя) решает помочь солдатам, таскавшим трупы.

Несмотря на жару в рассказе, его не мешало бы хорошенько просушить, чтобы избавить читателя от лишних телодвижений и оттенить суть изящным штрихом. На мой взгляд в «Мелком дожде» явно видно, что автор ещё не очень опытен и не совсем понимает, как красиво преподнести основную мысль. Тем не менее рассказ любопытный и заслуживает внимания.

Это небольшой роман, который будет удивлять до последнего. Причём на протяжении всей книги Гамсун обманывает ожидания. В начале лейтенант Глан рассказывает о своём житье-бытье в качестве охотника в какой-то норвежской глуши. Зима медленно переходит в весну, природа, дичь, верный пёс… И вот, ты уже думаешь, зачем мне всё это, ведь у меня есть Гамсун дома и зовут его Пришвин, но приходит весна и вместе с ней любовь.

Герой влюбляется в местную девушку Эдварду — дочь торговца солью. Она отвечает взаимностью, они начинают встречаться… И вот уже пошёл какой-то Тургенев. Но любовь переходит в ненависть, Глан обзаводится любовницей, а у Эдварды появляется жених — приезжий барон. И вот уже разворачиваются испанские страсти, которые, конечно, заканчиваются трагично. Но книга на этом не кончается, и напоследок мы получаем новеллу от лица неизвестного человека, который рассказывает про смерть Глана где-то в индийской деревне…

Нет, это не сериал про любовь. Книга вообще называется «Пан» и главное действующее в ней лицо — природа в самом широком смысле. Природа, которая отдаёт, забирает, наказывает и награждает. Природа как ландшафт и природа как суть вещей и судеб.

В общем, книга достойна внимания и залетает отлично. Но в процессе будет немного больно (видимо, Гамсун без этого не может). А ещё там есть сцена убийства собаки, так что следует подготовиться, если реагируете на такие вещи. Мне помогло осознание, что никакой собаки на самом деле не существовало, её Гамсун выдумал, причём неспроста, так как собака ещё носит символический характер.

Я дочитываю «Крысиху», начала толстенную книгу «Падение Робеспьера» и забросила Мисиму. Со всем этим разберусь уже в марте.