«Перекресток воро­нов» — светлый роман о молодом ведьмаке

30 сентября на русском языке вышел «Перекресток воронов» — девятая книга Анджея Сапковского о ведьмаке Геральте.

С момента выхода предыдущего романа цикла, «Сезона гроз», прошло 11 лет. Но Сапковский не думает продолжать историю своего героя — напротив, погружает читателя в прошлое ведьмака.

В нашей рецензии рассказываем, каким вышел приквел и стоит ли уделять ему внимание.

Последний роман о Геральте из Ривии вышел в 2013 году. А в 2018 Анджей Сапковский осторожно намекнул, что напишет еще что-нибудь о ведьмаке. Серьезно за работу автор взялся в 2022, через два года роман вышел в Польше, а еще через год мы радуемся официальному релизу переводов — английского и русского одновременно.

Вообще циклу почти тридцать лет: первый рассказ о Геральте Сапковский написал в 1986 году на конкурс фантастики по просьбе сына-подростка. Работа автора в сфере международной торговли тогда резко закончилась, потому что в Польше перестраивалась вся политика разом, и Сапковский как раз искал какое-нибудь новое занятие. На конкурсе рассказ занял третье место, но его очень высоко оценили читатели, так что Сапковский решил написать еще.

Как большой поклонник фэнтези в целом, он вкладывал много сил в создание именно польского фэнтези. И не только как автор первой польской фэнтези-саги, но еще и как переводчик, редактор и критик. У него есть прекрасное насмешливое эссе «Пируг, или Нет золота в Серых Горах». Там он издевается и над собой тоже, описывая симптомы болезней, которыми страдает польская фантастика. Естественно, болезни довольно универсальные, русским тоже близки.

Короче, решение Сапковского создать первую польскую фэнтези-сагу было довольно осознанным. Правда, в 1997 году он говорил, что остановится на пяти романах и не повторит судьбу своего любимого Желязны, который написал пять книг, а потом еще пять — причем примерно на восьмой книге признался, что смертельно устал от задумки. «Нет-нет», — говорил Сапковский российским читателям в магазине «Стожары» четверть века назад. — «Я напишу пять книг о Геральте и остановлюсь! Только пять, и все!» Потом мы моргнули — и вот выходит девятая книга.

Она посвящена ранней юности Геральта, точнее — первым приключениям после Каэр Морхена. Весемир упоминается вскользь. Больше информации о том, как обучают ведьмаков, мы не получим. О других ведьмаках Каэр Морхена не узнаем. О природе ведьмачьих мутаций тоже все уже сказано в основном цикле. Мать Геральта не появится. Что же тогда там такое происходит?

Ну, типичный первый год после универа — образование вроде есть, но куда податься без опыта работы, совсем не ясно. И Геральт попадает в неприятности сразу, едва отъехав от Каэр Морхена. К счастью, на героя обращает внимание ведьмак-изгнанник Престон Хольт. У него сильная травма, и работать как следует он больше не может, зато клиенты есть, счет в банке есть, посредник есть. Хольт предлагает Геральту стать его заместителем per procura — по доверенности.

Я не зря щеголяю латынью, потому что латыни в книге прямо очень много. Сапковский, не только легенда фэнтези, но и автор высокоумной «Саги о Рейневане», наконец расправил плечи и гордо заявил: «Да, я эрудит». И рванул вставлять в текст латинские поговорки и юридические обороты. Они и раньше проскальзывали, но в этой книге их заметно много. Геральта, который еще не побыл вольнослушателем в Оксенфуртском университете, эти обороты из себя выводят. Он простой мальчик, он даже свое легендарное «o kurwa» пока не часто употребляет. Зато использует лексику типа «ну блин» и «позырить».

Но дерется уже прекрасно. Не надо ждать от «Перекрестка воронов» реализации шаблона «сначала я был тюфяком и все меня били, а потом я обрел силу». Геральт с самого начала хорошо справляется. Единственное отличие от его взрослой версии — он идеалист и максималист. Да, еще больший, чем был в «Последнем желании».

Также Сапковский сразу проговаривается, что кое-какие эмоции в Геральте прорываются, потому что мутаген, видимо, слабеет и выходит из строя. А маг, который его изобрел, давно погиб, и некому обновлять формулу. Но все это поклонники цикла знали и раньше.

Вообще для тех, кто уже с миром «Ведьмака» знаком, автор оставил деликатные маленькие пасхалки вроде дословных цитат или иронии над некоторыми важными деталями вселенной. Чего стоит одна фраза «атаковать ведьмака чем-то столь тяжелым и неудобным, как вилы, было идеей неразумной, практически сумасшедшей». Нечитавший пропустит, а вот читавший может и разрыдаться.

Сапковский теперь не стесняется напрямую цитировать Екклесиаста и Шекспира, хотя раньше ради маскировки приписывал высказывания великих выдуманным умникам вроде пророка Лебеды. Упрощение? Нахальство популярного автора? Нет, новая игра: мир «Ведьмака» связан с нашим напрямую, герои оттуда периодически бывали у нас — это факт, зафиксированный в каноне. Так почему бы не цитировать Екклесиаста и царя Давида рядом с мудрецом Высоготой из Корво?

Кстати о мудрости. Еще в «Сезоне гроз» говорилось, что самые жуткие чудовища — это тупая бюрократия и человеческая подлость. В «Перекрестке воронов» эта мысль тоже есть, и шпионов с чудовищами здесь примерно поровну. Но безысходности нет — наоборот, все пронизано оптимизмом. Есть мудрые и спокойные взрослые, которые тихонечко работают над мирным решением проблем. Есть благодарность. Есть преданность. Есть плата добром за добро.

Нет, мир не стал внезапно благостным, не перестал вонять дерьмом и обливаться кровью, но тягостного ощущения, как от «Сезона гроз» или «Часа презрения» и других книг основной саги, нет. Все горести впереди, а здесь и сейчас — задор, бравада, везение, ну и порой девиз «слабоумие и отвага» из другой доброй сказки.

Фирменное ехидство тоже на месте — новый переводчик Вадим Кумок очень старается. Вот, например, пассаж: «Что такое, юный Геральт, отчего мы нос повесили? И молчим так недовольно? Оглядись. Вокруг весна, на вербах сережки, птички запели, ручеек тихонько журчит. Из деревни сельским хозяйством тянет. То бишь прокисшим молоком и говном. А ты вместо того, чтоб с природой радоваться, весь такой без настроения».

В общем, «Перекресток воронов» — хорошая точка входа для тех, кто пока со вселенной не знаком, потому что с природой порадоваться можно прямо здесь, без предыдущих восьми книг. А для старых поклонников это будет приятная ностальгия без ощущения вторичности.